Развитие армянского права в Новое время (XV-XVIII века)
по
Меню журнала
> Архив номеров > Рубрики > О журнале > Авторы > О журнале > Требования к статьям > Редсовет > Редакция > Порядок рецензирования статей > Политика издания > Ретракция статей > Этические принципы > Политика открытого доступа > Оплата за публикации в открытом доступе > Публикация за 72 часа: что это? > Политика авторских прав и лицензий > Политика цифрового хранения публикации > Политика идентификации статей > Политика проверки на плагиат
Журналы индексируются
Реквизиты журнала

Публикация за 72 часа - теперь это реальность!
При необходимости издательство предоставляет авторам услугу сверхсрочной полноценной публикации. Уже через 72 часа статья появляется в числе опубликованных на сайте издательства с DOI и номерами страниц.
По первому требованию предоставляем все подтверждающие публикацию документы!
ГЛАВНАЯ > Вернуться к содержанию
Юридические исследования
Правильная ссылка на статью:

Развитие армянского права в Новое время (XV-XVIII века)
Зурначян Авак Сергеевич

старший преподаватель, кафедра государственного и муниципального управления и управления персоналом, Магнитогорский государственный технический университет им. Г.И. Носова

455000, Россия, Челябинская область, г. Магнитогорск, проспект Ленина, 24

Zurnachyan Avak Sergeevich

Senior Educator, Department of State and Municipal Management and Personnel Management, Magnitogorsk State Technical University named after G.I. Nosova

455000, Russia, Chelyabinskaya oblast', g. Magnitogorsk, prospekt Lenina, 24

avak87@mail.ru
Другие публикации этого автора
 

 

DOI:

10.7256/2305-9699.2014.6.12090

Дата направления статьи в редакцию:

07-05-2014


Дата публикации:

1-6-2014


Аннотация.

В статье рассмотрены основные памятники армянского права, которые были созданы в период Нового времени в различных государства и предопределили, во многом, развитие современной правовой и общественно-политической мысли.Выдающиеся представители армянских общин во многих странах мира создавали источники (памятники) права, в которых были сплетены лучшие элементы национальной правовой культуры и достижения ведущих правовых систем мира. Среди самых важных и ярких памятников армянского права можно выделить – Астраханский армянский Судебник, «Западню честолюбия» (Ворогайт Парац) Шаамира Шаамиряна – проект Конституции Армении и акты армянского суда в Каменец-Подольском. В работе проанализировано содержание данных актов, их структура и роль в жизни армянской общины. При написании статьи использовались такие специальные методы, как историко-правовой, сравнительно-исторический, сравнительно-правовой, формально-логический, системный. Применение в совокупности указанных методов позволило комплексно решить поставленные цель и задачи. Рассматриваемый период XV-XVIII веков характерен масштабной миграцией армянского населения. Особую роль в вопросах поддержания национальной идентичности армян, развития культуры и права сыграли колонии в России, Индии, Украине, Польше, Италии и других странах.Очевидно, можно утверждать, что, будучи серьезным вкладом в историю армянского правоведения, Судебник астраханских армян XVIII века одновременно является памятником армянского права, отражающих вековую дружбу армянского и русского народов. Судебник астраханских армян фактически действовал как один из источник местного права в России и занимал достойное место в системе общероссийского права в вопросах регулирования отношений в армянских колониях не только Астрахани, но и Моздока, Кизляра и других мест. Судебник астраханских армян 1765 года был издан в 1967 году на армянском языке , но никогда не переводился и не издавался в полном объеме на русском языке. Для проведения анализа норм этого Судебника нами была проведена работа по переводу его текста на русский язык.В настоящее время у подавляющего большинства ученых существует устоявшаяся точка зрения, что «Западня честолюбия» (Ворогайт Парац) Шаамира Шаамиряна представляет собой проект Конституции независимого армянского государства. Однако, мы пришли к выводу, что этот документ не только обращен в будущее, но и содержит много моментов, которые позволяют его охарактеризовать как правовой механизм организации армянского национально-освободительного движения здесь и сейчас. Важнейшим памятником развития армянского права стали акты суда Каменец - Подольска. Они являются первоисточниками, составленными в процессе судопроизводства, и ярко показывают процесс правоприменительной деятельности судебного органа. В них отражены вопросы правового регулирования частных отношений, имевшихся в армянской действительности того времени. Анализ этих актов позволяют нам утверждать, что армянские колонии, где бы они не были организованы, не забывали свою культуру и корни, пытаясь регулировать свою жизнь за рубежом на основе традиций, права и иных принципов, переданных предками.

Ключевые слова: история армянского права, история российского права, Западня честолюбия, Судебник астраханских армян, армянский войтовский суд, Армения, Судебник Мхитра Гоша, армяне Индии, армяне России, армяне Польши

Abstract.

The article concerns the main monuments of Armenian law, which were created in the early modern period in various states, and which predefined to a great extent the development of modern legal, social and political thought.  The merited representatives of the Armenian communities in many countries in the world have created sources (monuments) of law, which reflected the best elements of national legal culture and the achievements of the leading legal systems of the world. Among the most striking and important monuments of Armenian law one may mention the Astrakhan Armenian Judicial Charter, Trap of Ambition (Vorogait Parats) by Shaamir Shaamiryan, which was the draft Constitution of Armeina and acts of the Armenian court in Kamenets-Podolskiy. The author analyzes the contents of these acts, their structure and role in the life of Armenian community.
When writing the article the author used special methods, such as historic legal method, comparative historic method, comparative legal method, formal logical method, systemic method. Appliction of the combination of these methods has allowed for a comprehensive solution in order to achieve the goal of research. The said period of XV - XVIII centuries may be characterized with the large-scale migration of the Armenian people.  The colonies in Russia, India, Ukraine, Poland, Italy and other states played important roles in preservation of the national identity of the Armenians, development of their culture and law.
It probably may be stated, that being an important input into the history of Armenian legal studies, the Judicial Charter of the Astrakhan Armenians of XVIII century is at the same time the monument of Armenian law, reflecting the centuries of friendship between Armenian and Russian peoples. The Judicial Charter of the Astrakhan Armenians in fact was applied as one of the local law sources in Russia, thus, having a worthy place within the system of Russian law in the issues of regulation of the relations in the Armenian colonies in Astrakhan, Mozdok, Kizlyar and other places. The Judicial Charter of the Astrakhan Armenians of 1765 was published in 1967 in Armenian language, but it was never translated or published in a full volume in Russian language. For the analysis of the norms of this Judicial Charter the author translated its text into Russian language. 
Currently most of the scientists recognize the Trap of Ambition (Vorogait Parats) of Shaamir Shaamiryan to be the draft Constitution of the independent Armenian state.  However, we came to the conclusion that this document is both aimed into the future, and includes many issues, allowing to characterize it as a legal mechanism for the organization of the Armenian national liberation movement of the relevant time and place. 
The acts of the court of Kamenets-Podolsk also serve as an important monument of development of the Armenian law. They are the primary sources, as formed in the process of judicial proceedings, and they clearly show the process of application of law in the activities of the judicial body. They reflect the issues of legal regulation of private relations in the Armenian reality of the time. Analysis of these acts allows one to state that Armenian colonies wherever they were organized did not forget their culture and their roots, trying to regulate their life abroad based upon the traditions, law and other principles provided by their ancestors.
 

Keywords:

history of Armenian law, history of Russian law, Trap of Ambition, Judicial Charter of the Astrakhan Armenians, Armenian Voit Court, Armenia, Mxit'ar Gos Judicial Charter, Armenians of India, Armenians of Russia, Armenians of Poland

История армянского народа складывалась таким образом, что его представители были вынуждены покидать свою Родину и переселяться за тысячи километров от нее. В Новое время (XV-XVIII веках) массовая миграция армян была связана с тяжелым гнетом со стороны Персии и Османской империи. Во многих странах мира образовывались большие и влиятельные колонии армян. Как писал армянский историк Лео «для армян история Нового времени является преимущественно историей колоний» [1, с. 8]. Особую роль в вопросах поддержания национальной идентичности армян, развития культуры и права сыграли колонии в России, Индии, Украине, Польше, Италии и других странах.

Выдающиеся представители армянских общин во многих странах мира создавали источники (памятники) права, в которых были сплетены лучшие элементы национальной правовой культуры и достижения ведущих правовых систем мира. Среди самых важных и ярких памятников армянского права можно выделить – Астраханский армянский Судебник, «Западню честолюбия» (Ворогайт Парац) Шаамира Шаамиряна – проект Конституции Армении и акты армянского суда в Каменец-Подольском. Рассмотрим и проанализируем эти документы, которые определили развитие армянского права и общественно-политической мысли на многие годы вперед.

1. Астраханский армянский Судебник 1765 года

Связи России с армянским народом начали складываться еще в V – IV вв. до н.э. С развитием торгово-экономических отношений на территории Руси стало появляться все больше и больше армянских поселенцев, которые образовывали свои колонии. Однако, основные крупнейшие армянские колонии полностью сформировались в XVII - XVIII веках, когда многие армянские семьи были вынуждены бежать со своей родины и искать защиту и кров за рубежом.

Армянская колонизация в значительной мере содействовала хозяйственному развитию тех городов и мест, где они селились. Армяне принимали активное участие в развитии торговых отношений России с Востоком. Также армяне рассматривались как союзники русских властей в вопросе укрепления позиций России в кавказском регионе, на Черном и Каспийском морях.

В связи с этими процессами, на юге России большая армянская колония возникла, прежде всего, в Астрахани, а затем в ряде других городов и местечек Северного Кавказа. В начале 18 века количество проживающих в Астрахани армян достигло 5 000 человек, а в конце XIX - начале XX веков это количество увеличилось в два раза и уже составило 10 000 человек. По некоторым сведениям, уже к концу XVIII века количество армян в Астрахани превышало количество русских жителей [2, с. 642].

Рост численности армянского населения приводил к тому, что армяне стали играть все большую роль во всех сферах деятельности города – экономической, общественной, культурной и т.д. Так, например армянами в Астрахани было создано первая в России светское армянское учебное заведение - училище Агабабянца, а затем и другие учебные заведения; развивалось книгопечатание, причем как армянских книг и периодических изданий, так и материалов на других языках; был создан армянский театр, действовавший до первой трети 20 века [3].

Усиливающаяся политическая роль астраханских армян, а также их настойчивость с губернским властями в вопросе предоставления им правовых и религиозных привилегий привели к тому, что армянам предоставили право вести судопроизводство на основании своих обычаев и законов [4, с. 48-50]. Указами Елизаветы Петровны от 13 апреля 1744 г. «О правилах, на которых принимать в Астрахани Персицких купцов для торговых промыслов; о производстве суда армянам и индийцам и бухарцам, в Астрахани живущим, по их прежним законам, и о позволении им заводить фабрики и отправлять богослужение беспрепятственно» [5] и 5 августа 1746 г. «О торговле и повинностях армян и других азиатцев, живущих в Астрахани» [6] предусматривались для армян права осуществлять судебное производство «по их прежним законам» и выбирать судей «по своему усмотрению».

Благодаря изложенному, Астраханские армяне не только выбрали своих (армянских) судей, но и основали собственный (армянский) суд по уголовным, финансовым и полицейским делам – ратхауз, который начал действовать уже в январе 1747 г.

Как видно из его функций, суд был органом не только судопроизводства, но и местного внутреннего самоуправления. Создание суда повлекло за собой необходимость создания базового нормативного акта, которым можно было руководствоваться при разрешении тех или иных дел. Работа над этим документом началась практически сразу после основания армянского суда – в 1747-1748 годах и завершилась в 1765 году. Его авторами стали первые судьи астраханского армянского суда, которые были избраны из образованных и авторитетных людей своего времени - Елиазар Григорян, Григор Кампанян, Саргис, сын Оганеса [7, с. 58] .

После его принятия, судопроизводство в отношении армян, проживавших в вышеупомянутых регионах, осуществлялось не только в соответствии с армянскими обычаями и традициями, но и с учетом требования данного Судебника.

Источниками этого правового акта были Свод законов Юстиниана, законы византийских императоров, Судебник Мхитара Гоша, а также российское законодательство - «Соборное уложение» царя Алексея Михайловича 1649 г. и законы Петра Великого. Существенным источником стало также армянское обычное право. Но необходимо отметить, что использование источников представляло собой не простое их копирование. Авторами была проведена серьезная переработка их текстов и норм, в целях приведения в соответствие с существующими социально-политическими, экономическими обстоятельствам реальной действительности. Это подтверждается и мнением известного юриста К. Алексеева, который отмечал, что «составители судебника, оставив из Юстиниановского кодекса те постановления, которые сохранили свою жизненность, и заменив другие своими собственными, самобытными законоположениями, дополнили их еще и новыми, существовавшими в форме обычаев, издавна соблюдаемых, но доселе на письме нигде не выраженных, а переходивших по преданию от предков к потомкам» [8, с. 3] .

Авторы Судебника мудро решили два очень серьезных вопроса. Они, с одной стороны, создали чисто армянский национальный Судебник, а с другой стороны, учитывая реальную ситуацию и факт нахождения колонии на территории России, попытались максимально соотнести его нормы с правовой системой страны. В случае возникновения противоречий между нормами Судебника и общеимперским законодательством, приоритет имели российские законы. В статье 109 главы 23 части 1 Судебника, указано, что в связи с отсутствием у армян государственности, и с тем, что вся армянская нация подчиняется власти другой нации, возможно, что со стороны императора будут изданы указы для установления мира в обществе и правильного управления, которые могут противоречить статьям этого Судебника. В этих случаях статья должна действовать без применения той части, которая противоречит императорскому указу.

Важно отметить, что Судебник астраханских армян впервые был издан Ф.Г. Погосяном в 1967 году на армянском языке [9] , но никогда не переводился и не издавался в полном объеме на русском языке. Имеются лишь перевод некоторых его глав (предисловие, II, XI, XII главы) [2, с. 650-693] либо переложение смысла его статей на русский язык [8] . Для проведения анализа норм Судебника нами была проведена работа по переводу его текста на русский язык.

Астраханский армянский Судебник состоит из трех частей, 52 глав и 1135 статей. Первая часть состоит из 23 глав и 940 статей, вторая - из 15 глав и 107 статей, третья - из 14 глав и 88 статей.

Перейдем к рассмотрению норм Судебника астраханских армян. Этот документ содержит многочисленные нормы различных отраслей – гражданского права, семейного права, уголовного права, трудового, процессуального и т.д.

Гражданское право. Значительное место в Судебнике отведено регулированию гражданских правоотношений. Преимущественное внимание уделено обязательственным отношениям и торговле, которым посвящены главы 1-15 части первой Судебника. Неслучайно именно с закрепления этих правоотношений открывается Судебник, так как этот документ, прежде всего, был направлен на удовлетворение интересов сословия торговцев. Основанием для возникновения, изменения и прекращения гражданских прав и обязанностей человека, являлись такие юридические факты, как договоры и судебные решения.

Субъектами гражданских прав являлись свободные граждане, товарищества. Слуги, которые полностью зависели от своего хозяина, могли вступать в гражданские правоотношения только по его согласию.

Авторы Судебника указывали, что торговля существовала у многих народов и с древних времен. Армяне чаще всего осуществляли торговлю по одному из следующих видов, которые и получили отражение в Судебнике (статья 3 глава14):

1) Одно лицо является владельцем капитала (именовался «ага), другое («сотоварищ») вкладывает этот капитал в обращение. При этом Судебник устанавливал, что 2/3 от полученного результата и прибыли получал собственник капитала, а 1/3 часть - сотоварищ. Таким же образом распределялись между ними и понесенные убытки. Хозяин денег имел право давать сотоварищу указания на основе так называемого орднагира. Основанием для прекращения отношений между собственником капитала и сотоварищем прекращались являлась выплата причитающегося вознаграждения.

2) торговля посредством создания торговых товариществ. Торговые товарищества представляли собой объединение капиталов нескольких лиц, которые на основании договора вкладывали в оборот эти средства. Порядок и принципы заключения договора подробно урегулированы Судебником. Именно по условиям договора производилось распределение прибыли и убытков между его участниками. Если же убытки возникли в связи с действиями одного из товарищей, то он был обязан возместить причиненные убытки.

3) продажа товара на основании поручения собственника этого товара лицу, который был обязан продать этот товар и на вырученные деньги приобрести другой товар и выслать его обратно. По Судебнику лицо, осуществляющее продажу, называлось «порученец». Действия порученца должны были полностью соответствовать «орднагиру», в котором владелец товара подробно указывались права и обязанности порученца.

4) Обычная торговля, которая предполагала обмена между собственником имущества и собственником капитала.

Судебник включал в себя вопросы правового регулирования многих договоров: купля-продажа, дарение, аренда, подряд, перевозка, заем. Особое внимание уделялось договору купли-продажи и договорам в сфере кредитно-финансовых отношений. Общее требование ко всем договорам было соблюдение письменной формы и точная формулировка всех его условий, чтобы потом не возникало каких-то споров или недоразумений.

В главе 13 указано, что под торговлей понимается «покупка и продажа всякого рода товаров на деньги, на слово, на срок, на обмен и иным образом». По сути, в этом определении указаны виды договора купли-продажи.

Основаниями для признания договора купли-продажи недействительным и применения последствий недействительности сделки в виде возврат уплаченной суммы были указаны в статье 7 главы 13. Так, к ним были отнесены: взаимное согласие сторон договора; когда продавец, заблуждаясь, или осознанно передал покупателю другую вещь, чем ту, которую хотел покупатель; если после покупки обнаруживается недостаток вещи. Отдельным основанием было выделено покупка товара ненадлежащего качества по образцу.

По своей характеристике договор купли-продажи в армянском Судебнике был консенсуальным, т.е. факт заключения договора не был связан с фактом передачи имущества, являющегося предметом этого договора.

Следующим договором, которому уделяет внимание Судебник, и на котором остановимся мы - договор займа.

Договор займа мог быть как возмездным, так и безвозмездным. Безвозмездность договора займа соответствовала законам божественным. Но учитывая, что Судебник был направлен на урегулирование торговых отношений, где была цель получение прибыли, то разрешалось заключать договор займа по фиксированный процент – не более ½ % в месяц. Займ фиксировался либо в договоре (шартнама) или в долговой расписке (санат). Важно, что именно на взыскателя долга ложилась обязанность по доказыванию наличия этого долга. Как раз письменные документы и подтверждали с достоверностью этот факт.

В случае, если должник не мог оплатить долг, то он должен был доказать невозможность погашения должником своего долга, иначе указанный факт не имел юридической силы (статья 6 главы 3). Законоположения Судебника предусмотрели переход долга по наследству, но только к наследникам мужского пол, прежде всего, сыновьям.

После смерти должника его кредиторы имели право предъявить требования к его наследникам только по истечении 9 дней. Если кто-то делал это раньше, то не только лишался права требования долга, но и был обязан оплатить в пользу наследников штраф.

В Судебнике были затронуты также вопросы способов обеспечения исполнения договоров и, прежде всего, договоров финансово-кредитных. Так, основными и самыми распространенными способами были залог и поручительство.

Залог представлял собой «движимое или недвижимое имущество, оставленное у заимодавца в обеспечение взятых у него заемщиком денег» (ст. 1 главы 5). Залог служил полным или частичным обеспечением, гарантирующим погашение займа. Залог оформлялся в письменной форме с подробным описанием предмета залога, которым могло быть любое движимое или недвижимое имущество, в том числе драгоценности, а также предметом залога могли быть слуги. Имущество жены могло передавать в залог только с ее согласия. Запрещалось закладывать недвижимое имущество по нескольким обязательствам одновременно. За такой обман залогодатель подлежал телесному наказанию, а залогодержатели получали удовлетворение пропорционально занятым им суммам.

Судебник устанавливал, что в договоре о залоге обязательно должно содержаться условие о гибели или пропаже предмета залога. Если это условие упомянуто не было, и предмет залога погибал, то риск убытков ложился на заимодавца, а затем это влекло и освобождение должника от уплаты долга.

Обязательства о залоге между заимодавцем и заемщиком прекращались на основании решения суда после истечения срока, установленного в акте о залоге.

Поручительство представляло собой гарантию поручителя перед кредитором в том, что должник исполнит взятое на себя обязательство. Поручитель обязан был оплатить долг должника в случае невыполнения им в полном объеме своей обязанности: «Если должник не имеет возможности платить свой долг, после продажи его имущества с публичных торгов оставшийся долг должен платить поручитель». Поручителей могло быть и несколько, которые несли ответственность по долгу в равных долях. Судебник устанавливал, что поручительство могло быть либо устным либо письменным. После выплаты долга поручитель становился верителем (кредитором) в отношении должника (статья 7 главы 6).

Судебник называл отношения «заемщик – поручитель» простым поручительством. Статья 11 главы 6 предусматривал еще один вид поручительства, назовем его «сложное поручительство», которое осуществлялось по следующей схеме «заемщик-поручитель-поручитель», где второй поручитель исполнял обязательства только в том случае, когда ни сам заемщик, ни основной поручитель эти обязательства в полном объеме исполнить не могут.

Наследственное право. В рассматриваемом документе вопросы наследования регулировались главой 8 части 1, которая содержала 17 статей. Предусматривалось два традиционных вида наследования - по завещанию и по закону, приоритет из которых имело наследование по завещанию. В статье 1 указанной главы Судебника было закреплено понятие завещания, как «акта, заключающего в себе последнюю волю умирающего о разделе его имущества между наследниками на основании законов». Для большинства населения, за некоторым исключением, была установлена обязанность составить завещание, чтобы не возникало споров и разногласий по поводу раздела имущества между наследниками. Правом завещать свое имущество и соответственно составлять этот акт не обладали глухие и немые, душевнобольные; расточители своего имущества; слуги; сыновья, незамужние дочери, которые проживают совместно с отцом и умерли при его жизни; лица мужского пола, не достигшие 15 лет и лица женского пола, не достигшие 13 лет; лица, подвергавшиеся публичным наказаниям; лица, находящиеся в плену до освобождения.

Судебник предъявлял определенные требованию к самому завещанию и процедуре его выдачи. Так, были установлены следующие условия действительности завещания 1) завещание должно быть написано от руки наследодателя или по его просьбе другим лицом; 2) завещание должно содержать подробное описание имущества наследодателя; 3) в завещании необходимо ясно писать имя наследника или попечителя с указанием законной доли наследника; 4) наличие семи свидетелей, которые должны достоверно свидетельствовать о составлении завещания. Снижение количества свидетелей до 5 или даже трех допускалось, при условии если завещание составлялось в дороге или на чужбине.

Составленное завещание завещатель в присутствии свидетелей опечатывал и передавал его наследнику (попечителю). Наследник (попечитель) имел право вскрыть завещание по истечении 9 дней со дня смерти наследодателя.

Женщины имели право составлять завещание, но могли в нем распоряжаться только имуществом, принадлежащим им – приданым и даренным.

В случае отсутствия завещания наследование производилось по закону. Судебник устанавливал достаточно обширные очереди по наследованию. Такого количества наследников не знал еще ни один армянский памятник права. Это, на наш взгляд, было сделано в целях показать приоритет частных интересов на публичными. Хотя это не совсем эффективно. Чаще всего до категорий наследников, указанных в четвертой и последующих очередях наследство не доходила практически никогда.

1) наследники первой очереди - сыновья, дочери и потомки сыновей до пятой степени родства ;

2) наследники второй очереди - отец, мать, братья, сестры и потомки братьев до четвертой степени родства;

2) наследники третьей очереди - дедушки и бабушки наследодателя;

3) наследники четвертой очереди - прадедушки и прабабушки;

4) наследники пятой очереди - прапрадедушки и прапрабабушки;

5) наследники шестой очереди - дедушки прадедушки и бабушки прабабушки;

6) наследники седьмой очереди - дяди и тети, как со стороны отца, так и со стороны матери и рожденные от дядей дети до третей степени родства;

7) наследники восьмой очереди - братья и сестры дедушек и бабушек наследодателя и дети, рожденные от братьев дедушек и бабушек до второй степени родства;

8) наследники девятой очереди - дяди и тети дедушек и бабушек;

9) наследники десятой очереди - братья и сестры прапрадедушек и прапрабабушек.

Наследники призывались к наследованию в порядке очередности и вступают в права наследовании одновременно. Необходимо обратить внимание, что в первую очередь наследовали сыновья и их дети, а внуки, рожденные от дочерей, не считались наследниками по закону. Важное и особенное значение имело положение, согласно которому дочь получала в отцовском имении равные с братьями долю. В этом вопросе женщины получили полню свободу и равенство с мужчинами.

Наследниками ни по завещанию, ни по закону не могли быть следующие лица: изгнанные за преступления, сосланные на галеры, убийцы и монашествующие, дети, рожденные в незаконном браке (они получали только средства на содержание в размере 1/12 части наследства).

Имущество человека, который не оставил завещания и не имел родственников, признавалось выморочным и переходило в собственность церкви.

Семейное право. Брачно-семейные отношения регулируются главами 17-21 Судебника. Впервые в армянских правовых источниках было закреплено регулирование обручения – ншана. До этого момента обручение также было обязательным и предшествовало заключению брака, но письменными нормами не регулировалось. В Судебнике было закреплено и определение ншана – это «обет, совершаемый наружными знаками и даваемый друг другу женихом и невестой по которому они обязываются вступить между собою в брак, если не будет к тому законного препятствия». Ншан совершался священником при обязательном присутствии двух свидетелей. Факт совершения ншана говорил о том, что достигнуто соглашение и о заключении брака.

При совершении обручения должны были быть соблюдены определенные условия. Они касались, прежде всего, брачного возраста ( для мужчин - 17 лет, для женщин – 14), а также наличие взаимного добровольного согласия вступающих в брак. Так, К. Алексеев отмечал, что «у армян существовал обычай, что родители обручали своих детей еще со времени малолетств» [8, с. 59], но Судебник прямо установил, что вступление в брак зависит от свободной воли обручающихся. Поэтому, если и мужчина и женщина совместно были не согласны со вступлением в брак, то состоявшееся обручение считалось ничтожным. Если с обручением был не согласен только один из брачующихся, то он был обязан вернуть все имущество, которое получил в подарок, а также вознаградить второго брачующегося. Стать 2 главы 20 предусматривала и другие основания для отказа от обручения, в частности к ним относились случаи, если одно из лиц, вступающих в брак: совершило преступление против Государя; убийца; чародей или колдун; мужеложец или скотоложец; вероотступник; изменил или был замечен в кровосмешении; если имел какую-то заразительную болезнь; желал убить другого супруга; и даже то, что один из обрученных был чрезмерно раздражителен.

Для расторжения брака необходимо было наличие причин, установленных в законе. К таким причинам согласно главе 21 Судебника относились, например: понуждение одним из супругов другого к недостойному поведению; если один из супругов переночует в чужом доме (кроме родительского) без уважительной причины; заболевание одного из супругов смертельной или заразной болезнью; если один из супругов побьет другого жестоко и без причины; если один из супругов заметит, что к ним домой ходит чужой человек или один из супругов ходит в чужой дом без нужды и другие причины. Развод оформлялось в письменном виде в суде с разрешением епископа, а в тех местах где таковых не было, то с разрешения протоирея и при письменном удостоверении семи свидетелей. (статья 7 гл. 21 части I). Супруги лишались права на повторное вступление в брак при жизни другого супруга (статья 1 гл. 21части I).

Дальнейшие отношения супругов после развода зависели от того, кто был его инициатором и каковы были причины. Непосредственно с причинами разводами связывались построение алиментных обязательств. Так, Судебник устанавливал, что если расторжение брака происходит по вине мужа, то жена получало то имущество, которое ею принесенное из отцовского дома (пруйг) и подарки (ожит), а также денежное содержание от мужа. Если причиной развода была жена, то она получала только пруйг и теряла право наследования после смерти мужа и права на получение содержания от мужа. При расторжении брака Судебник определял место жительства ребенка. Дети оставались с тем родителем, кто не выступал инициатором развода. Родитель, с которым ребенок не оставался, был обязан оплачивать алименты на его содержание. Причем, если брак расторгался по вине отца, то он обязан был выплачивать алименты на содержание детей в любом случае, жена только в том случае, если ее материальное положение было лучше материального положения бывшего мужа.

Судебник устанавливал и обратные алиментные обязательства – детей (прежде всего сыновей) по отношению к свои родителям.

Судебник регулировал также имущественные отношения между членами семьи, при чем не только между супругами, но и родителями и детьми, а также братьями. По общему правилу предусматривалось наличие общего имущества у родителей и детей. Но Судебник предусматривал два возможных способа отделения сыновей от отца: 1) когда отец, при своей жизни, передает сыну часть своего имущества и отделяет его; 2) когда сын выходит из подчинения отцу, после смерти отца. Отделение сына имело важное значение, так как уже мог самостоятельно, без согласия отца, распоряжаться своим имущество и совершать гражданско-правовые сделки.

Тесная имущественная связь устанавливалась также между родными братьями. В главе 19 предусмотрено, что нераздельно живущие братья солидарно отвечают друг за друга до того момента, как не будет произведен раздел между ними. Раздел мог требовать брат, достигший возраста 25 лет. Статья 8 предусматривала, что раздел производился либо добровольно либо по закону, когда кто-то из братьев желал раздела, а кто-то нет. Раздел совершался судом и только в письменном виде. Интересны положения касающиеся содержания богатым братом своего бедного брата. Так, если из двух братьев, не получивших отцовского наследства, и живущих отдельно кто-то один разбогатеет, а другой будет жить в бедности, то богатый брат обязан выделить брату 1/10 своего имущества; если же эти братья живут вместе, то разбогатевший брат обязан отдать бедному брату половину своего имущества.

Судебником подробно регулировались также вопросы опекунства (глава 9) и усыновления (глава 17). Попечитель назначался для попечения и защиты прав несовершеннолетних сирот до достижения им 25 лет, для женщин этот период опеки мог закончиться досрочно, если она выходила замуж. Назначение осуществлялось на основании решения суда или согласно завещания умершего. Контроль и надзор за правомерностью деятельности попечителя осуществлялись судом.

Усыновление допускалось в двух вариантах:

1) усыновление с отделением от родителей. Отделившись от кровных родителей, ребенок становился приемным сыном другого лица и полностью терял правовую связь с кровными родителями;

2) усыновление без отделения от родителей. По указанию кровных родителей ребенок усыновлялся другим лицом. Однако, пока был жив кровный отец усыновленного ребенка, их правовая связь сохранялась.

Особенностью этого института явилось то, что правовые связи устанавливались исключительно между усыновителем и усыновленным, но никак ни между усыновленным и другими членами семьи усыновителя – «усыновленный есть сын усыновителя, но не сын его жены и не брат их детям». Соответственно и в вопросе наследования усыновленный мог быть наследником исключительно после смерти своего усыновителя.

Необходимо отметить, что проанализированные нормы закрепляют традиционные положения патриархальной армянской семьи, где главой является отец семейства. Необходимо отметить, что в Судебнике отражены далеко не все нормы по регулированию семейно-правовых отношений, так много полномочий в этой сфере оставалось армянской церкви.

Трудовое право. Правовому регулированию трудовых отношений посвящена глава 10 части второй Судебника. В основном нормы этой главы посвящены взаимоотношениям между хозяином, с одной стороны и слугой, с другой стороны. О равенстве прав сторон речи не могло и быть, была явная зависимость слуги от работодателя, так как слуга это то лицо, которое продавалось и хозяин его покупал для выполнения определенных работ. Слугами могли быть только лица, достигшие 15 лет. Срок службы хозяину составлял 7 лет, причем в зависимости от обстоятельств, он мог быть продлен до конца жизни слуги или мог быть сокращен. Так, например освобождение было возможно досрочно в следующих случаях: слуга попадает в плен, затем, имея возможность, убегает, и возвращается к своему хозяину; слуга спасает хозяина от смерти; слуга, поймав одного или нескольких солдат, убежавших из армии, доставляет их в суд; слуга сообщает о совершенном его хозяином преступлении против царского величества ; слуга нехристианин принимает христианство по указанию своего господина; если кто-то купит девицу и изнасилует ее, оскорбленная слуга немедленно освобождалась; слуга освобождается по воле хозяина. Вечное рабство могло быть установлено в качестве меры наказания за бегство слуги к врагам; за разглашение личных тайн своего господин.

При освобождении слуги хозяин составлял запись об освобождении, которая удостоверялась свидетельством двух лиц, а затем сообщал об этом суду и епископу.

Уголовное право. Нормы уголовного права, наряду с регулированием гражданских правоотношений, занимают основное место в содержании Судебника. Этой отрасли права посвящено более 300 статей, которые, в основном, содержатся во второй, одиннадцатой, двенадцатой и двадцать третьей главах Судебника. Авторы рассматриваемого документа подробно описывали вопросы преступления и наказания, регулировали многие уголовно-правовые институты, которые ранее не находили своего отражения в армянском праве или рассматривались только вскользь.

Анализ глав Судебника, их места расположения в документе, позволяет сделать вывод, что в качестве особо охраняемых уголовным законом отношений были вопросы религии и защита царя и царской власти.

Система преступлений по Судебнику астраханских армян может быть представлена следующим образом:

1) преступления против веры (в том числе неисполнение постановлений, направленных на защиту интересов церкви и религии). Так, за совершение христианами «идолопоклоннических обрядов», например совершение обрядов язычников, статьей 58 главы 12 части 1 устанавливалась ответственность в виде сожжения; за насильственное обрезание, в котором были уличены мусульмане или евреи, устанавливалось наказание в виде публичного жестокого высечения и ссылки на 10 лет.

2) преступления против Государя. Регулированию этого вида преступлений посвящена вся вторая глава части 1 Судебника. Так, например, статьей 2 предусмотрена ответственность за преступления против жизни царя, а также в случае, если человек «побежит от врагов его (царя), или поможет врагам его советом, деньгами или военной силой, или станет выступать с призывами против царя или будет воевать против него». Виновное лицо приговаривалось к смертной казни путем отрубания головы и к конфискации всего его имущества в пользу царской казны.

3) преступления против собственности:

3.1) преступления против государственного имущества («имущества казны»).

3.2) преступления против частного имущества («собственности частных лиц»).

Преступления против собственности, в основном, содержались в статьях 24, 36, 37, 40, 42, 43, 55,56,57, 59, 60, 67, 78, 80, 81, 85, 86, 93, 95, 96, 98 главы 12 части 1 Судебника.

4) преступления против личности:

4.1) преступления против жизни и здоровья (статьи 3, 4, 29, 30,31,32, 39, 44, 45, 47,48,49,51, 52, 63, 64, 65, 68,69,70, 71, 72,73,74, 75, 76, 79, 82, 90, 103, 104,105, 106 107,108 главы 12 части 1);

4.2) преступления против свободы, чести и достоинства;

4.3) преступления против половой неприкосновенности и половой свободы личности.

4.4) преступления против семьи и несовершеннолетних:

5) преступления против правосудия (часть I глава 12 статьи 61, 83, 94);

7) преступления против общественной нравственности (статьи 91, 92, 101, 102 главы 12 части 1).

8)преступления против общественной безопасности и общественного порядка.

9)преступления против порядка управления.

В рассматриваемом акте содержатся нормы, предусматривающие условия определения лица, который мог быть субъектом преступления и, соответственно, мог быть привлечен к уголовной ответственности: 1) возраст – «Если воровство совершат мальчики, не достигшие 14 лет, и девочки - 12 лет, будет противозаконно наказывать их как настоящих воров...» (статья 23 глава 11 часть 1); 2) вина, установленная вступившим в законную силу приговором суда (статья 2 главы 11 части 1).

Наказания за преступления закреплены в статье 2 главы 12 части 1. К ним относились: конфискация имущества, штраф, наказание бичеванием, публичным позором, отправлением в ссылку, отсечением конечностей, заковывание в кандалы, смертная казнь.

Необходимо отметить, что Судебник астраханских армян, по сравнению с судебниками Мхитара Гоша [10] , Смбата Спарапета [11] и другими актами содержал более строгие виды наказания, среди которых выделяется частое применение смертной казни через отрубание головы, повешение, сожжение, особенно за религиозные преступления, преступления против Царя и порядка управления. Ведь само определение термина наказание в статье 1 главы 12 части 1 трактуется как «законное мучение, определенное отмщением Бога через посредничество судей за греховные и преступные деяния…».

Закрепление и применение столь суровых наказаний преследовало основные цели - возмездие за совершенное преступление и исправление виновного, а также профилактика и предупреждение совершения преступлений как самим лицом, так и другими лицами «кто это видит».

Можно утверждать, что преступными не считались действия, совершенные в условиях необходимой обороны и крайней необходимости( статья 52 главы 11 части 1), а совершение преступления по неосторожности являлось смягчающим обстоятельством (статья 29 главы 12 части 1).

Судебник предусматривал ответственность не только за оконченное, но и неоконченное преступления (статья 20 главы 11 часть 1).

Судебник впервые очень подробно рассматривает не только роль непосредственного исполнителя в преступлении, но и статус и роль соучастников, их виды, порядок привлечения их к ответственности, а также размер этой ответственности. Так, статья 77 главы 12 части 1 Судебника предусматривала, что «если кто-нибудь, совершая преступление против закона, во всех случаях, каким бы ни было преступлении, имеет своих советников и помощников, то, когда это станет известно и удостоверено расследованием, советник и помощник преступившего закон будут, без каких-либо различий, наказаны наравне с виновным».

Согласно ст. 108 главы 12 части 1 Судебника судьям предоставлялось право определять конечное наказание, в том числе «прибавлять или убавлять наказание преступникам» исходя из обстоятельств конкретного дела. Судьи по своему усмотрению могли применять те или иные обстоятельства в качестве смягчающих или отягчающих вину, - «...иногда случаются тяжкие преступления, совершенные при обстоятельствах, которые допускают возможность облегчить и уменьшить наказание, но бывают и такие преступления, которые хотя и считаются небольшими, однако, поскольку преступник действовал злонамеренно, заслуживают весьма тяжкого наказания».

Процессуальное право. Вопросы судопроизводства содержатся во всем документе. Прежде всего, во второй и третьей частях, в меньшей степени в первой части.

В первой части Судебника четко закреплено, что для разрешения споров армян, они должны были обращаться исключитесь в армянский суд и начинать только с «низших мест», а в «высшие места» обращаться только в случае недовольства решением первой инстанции. Это, несомненно, подчеркивало статус суда и говорило о его значимости в жизни армянской общины

Часть Вторая Судебника начинается со статей, характеризующих личности не только судей, но и всех сотрудников суда (секретаря, переводчика, писца, старосты, сторожа, смотрителя темниц). Причем эти требования едины – «люди добрые и совестные, способные к отправлению своих обязанностей и имеющие право занимать вверяемые им должности». Судьи также должны быть грамотными, справедливыми, беспристрастными, мудрыми, знающими законы, терпеливыми. Судьей, секретарем или старостой суда не мог стать человек, не достигший 25 лет.

Надо отметить, что должность судьи имела очень важное значение и, как отмечает К. Алексеев, - «у армян судьи имели весьма важное значение… они именуются даже богами в псалмах» [8, с. 72]. И действительно, если мы обратимся к определению должности судьи, которое дается в статье 1 главы 2 части 2 Судебника то увидим, что судьей именуется « кто по царскому указу или единодушном избранию общества определяется в это важное звание, и по своему званию уподобляется Богу».

Судебник астраханских армян, как и многие памятники армянского права, четко не разделял процесс на гражданский и уголовный, применял к ним одни и те же правила.

Практически по всему тексту Судебника мы можем обнаружить принципы судебного процесса. Так, к ним можно отнести равенство лиц перед законом и судом, недискриминационный характер судопроизводства, состязательность процесса, участие в процессе лично или через своего представителя, равная возможность участников процесса в предоставлении доказательств, доступность правосудия и осуществление этого правосудия только армянским судом в качестве суда первой инстанции.

Процесс носил устный характер и только в сложных делах суд мог разрешить сторонам представлять свои пояснения в письменной форме.

Глава 1 части Третьей Судебника предусматривает, что для разрешения дела необходимо 1) наличие истца и ответчика; 2) представление доказательств сторонами; 3) судебное решение по спору.

Сторонами процесса являлись истец («тот, кто по какому-либо поводу ведет другого в суд и там предъявляет против него иск или объявляет о противозаконности поступка его») и ответчик («то лицо, которое призывается в суд для дачи объяснения против заявленного иска»). Причем Судебник не делал различий между истцом и ответчиком в уголовном и гражданском процессах.

Истец подавал в суд исковое заявление (арзу), которое должно было быть оформлено в письменной форме и содержать все конкретные обстоятельства по одному требованию, указание лица к которому это требование предъявлено. Ответчику было предоставлено право предъявить встречный иск или возражение на заявление. По просьбе ответчика для подготовки своей позиции по делу и подачи объяснений по иску ему предоставлялась отсрочка максимальным сроком 10 дней. Эта отсрочка могла предоставляться не более трех раз по одному делу (глава 4 части III). Исключительно по гражданским делам сторонам было предоставлено право завершить производство по делу путем заключения мирового соглашения, но только до полного исследования обстоятельств дела судом и вынесения решения (статья 14 гл.23 части 1).

Согласно главе 8 части Третьей Судебника, каждая сторона была обязана доказать те обстоятельства, на которые она ссылается в подтверждение своей позиции. В качестве доказательств, которые могли быть приняты судом, Судебник устанавливал: свидетельские показания, письменные доказательства, присяга и признание. Именно признанию придавалось особое значение. Необходимо обратить внимание, что Судебник предусматривал возможность удовлетворения требовать не только в случае признания иска ответчиком, но и при отсутствии признания ответчика, но когда иск признает его отец (ст. 25 главы 23 части 1). Глава 13 части 3 прямо предусматривала, что в случае наличия доказательств вины обвиняемого, он все же не признавал вину, то суд должен был заставить его признать свою вину с помощью пытки.

Для использования свидетельских показаний при вынесении решения, необходимо допросить не менее двух свидетелей, причем допрос проводился в отсутствии истца и ответчика, а также других лиц, вызванных в качестве свидетелей. За дачу ложных показаний свидетель привлекался к ответственности в виде телесного наказания и двойного взыскания убытков (ст. 15 главы 10 части 3).

Решение суда выносилось на основании всех обстоятельств дела и представленных сторонами доказательств. Если сторон будут не согласны с этим решением, то они имели право в течение 4 дней со дня получения решения суда обжаловать его в суд апелляционной инстанции - Совет 9 судей, где дело должно быть пересмотрено в двухнедельный срок. Если вышестоящий суд оставлял решение армянского суда без изменения, то на лицо, подавшее жалобу, возлагалась обязанность уплатить штраф за «оскорбление судьей» (статья 5 главы 3 части 2). Решение суда апелляционной инстанции можно было обжаловать в Верховный суд, решение которого являлось окончательным (статья 12 главы 3 части 2 Судебника).

Армянский суд в Астрахани, просуществовал до 1840 г. и был ликвидирован на основании указа Государственного совета от 24 марта 1840 г. «О ликвидации действующих в Астрахани, Кизляре и Моздоке особых армянских судов». С прекращением действия армянских судов, по сути, прекратилось и активное применение на официальном уровне норм Судебника Астраханских армян 1765 года.

Полагаем, что ликвидация специальных армянских судов вписывается в целом в политику царя Николая I по отношению к российским армянам. В 30-40 годах XIX века армяне потеряли для русского правительства политическое значение, так как был решен вопрос присоединения Восточной Армении к России. Император не был заинтересован в развитии национальных автономий, так как необходимо было укреплять государственное единство Российской империи путем политического и экономического присоединения новых земель.

Подводя итог анализа Судебника астраханских армян, отметим, что армяне нашли в России то место, где они могли развиваться как нация и сохранить свою идентичность, которая находила свое выражение во всех сферах жизнедеятельности общества и государства. Очевидно, можно утверждать, что, будучи серьезным вкладом в историю армянского правоведения, Судебник одновременно является памятником армянского права, отражающих вековую дружбу армянского и русского народов.

Авторы Судебника мудро решили два очень серьезных вопроса. Они, c одной стороны, создали чисто армянский национальный Судебник, а с другой стороны, учитывая реальную ситуацию и факт нахождения колонии на территории России, попытались максимально соотнести его нормы с правовой системой страны. В случае возникновения противоречий между нормами Судебника и общеимперским законодательством устанавливался приоритет российских законов.

На наш взгляд, можно утверждать, что Судебник астраханских армян фактически действовал как один из источников местного права в России и занимал достойное место в системе общероссийского права.

2.«Западня честолюбия» («Ворогайт парац»),

как проект Конституции армянского государства

Одним из самых видных и авторитетных представителей армянской диаспоры в Индии был купец Шаамир Шаамирян из города Мадрас. Он родился 4 ноября 1723 года в Персии, но, как и многие армяне, по причине невыносимых для жизни условий, покинул свою родину и переселился в Индию. Благодаря своему упорству и таланту он стал одним из состоятельных людей города Мадраса, но, при этом не забыл о судьбе тех армян, которые продолжали оставаться под Османским и Персидским игом. Он стал одним из активных деятелей национально-освободительного движения армянского народа во второй половине 18 века.

Основные правовые идеи Шаамира Шаамиряна и его сподвижников получили свое отражение в великолепном памятнике армянского права - «Западня честолюбия» (Ворогайт Парац), который представляет собой проект Конституции независимого армянского государства и является ценнейшим вкладом в развитие армянской общественно-правовой мысли.

Указанный документ состоит из двух частей и включает 521 статью, четверть из которых посвящены вопросам конституционно-правового регулирования, а почти половина гражданско-правовым нормам [2, с. 570-640].

Первая часть «Западни честолюбия» изложена в 1773 году и представляет собой теоретическое введение, содержащее позицию автора к сущности государства и права, и их роли в жизни людей. Вторая часть написана несколько позже и в ней закреплены нормы, направленные на построение независимого Армянского государства и регулирование различных сфер жизни государства и общества, а также призыв к национально-освободительной борьбе. Полностью книга была издана в 1788 году, так как дорабатывалась и изменялась, как самим Шамиром Шаамиряном, так и его сторонниками [12, с. 21].

В период активной деятельности Шаамиряна, в Европе и Америке процветали идеи новой демократии, основателями которой были Руссо, Локк, Джеферсон и другие деятели XVII-XVIII веков. На основании влияния идей этих ученых, Шаамирян закрепил в своей работе сразу несколько дополняющих друг друга точек зрения на право - теорию естественного права, права божественного и теорию общественного договора.

Первая часть исследуемой работы четко показывает позицию Шаамира Шаамиряна и группы его соавторов к пониманию государства и общества, вопросов их правовой, социальной и политической организации.

Шаамирян, вслед за Г. Гроцием писал о том, что естественное право представляет собой право в собственном смысле слова, как «предписание здравого разума» и заключается в том, чтобы предоставлять людям то, что им уже принадлежит изначально [13, с. 297-306]. «На земле, - писал он, - люди от природы рождаются естественно равными», поэтому и должны подчиняться только закону и ничему более. Отводя огромную роль закону, и придерживаясь позиции естественного права, Шаамирян описывал, что «… Творец силой всемогущества своего отдал под начало все созданное на земле и под солнцем, сделав естество человека разумным, а над нашим естеством… царствовал только он - Закон» [2, с. 575]. Учитывая, что по Шаамиряну понятие «естественного права» и «разума» совпадают, то он придерживался точки зрения, что естественное право не стоит на месте, а может развиваться и изменяться. По Шамиряну основным мерилом любого закона с точки зрения справедливости является естественное право (разум).

Незыблемым является только божественное право, согласно которому Бог дал людям жизнь, сделал их свободными и предоставил Закон, который «был над нами царем». Божественное право прямо запрещает учреждать монархии и именно в нарушении этого постулата Шаамирян видит причину бед армянского народа.

Он много писал о самодержавии, бесчинстве князей и царей, которые, чаще всего, приносили притеснения, бедность, голод и лишали «чести и радости свободы». Власть одного человека над целым народом, по Шаамиряну, невозможна по нескольким причинам. Основная из них заключается в том, что не родился в этом мире человек без греха, кроме Спасителя Христа, поэтому и не имеют право обычные люди быть властителями над целым народом. Еще одна причина заключена в вопросе, с которым Шаамирян обращается к читателям - «...как может царствовать над целым народом один-единственный муж, который ничем большим не обладает, как только силой одного человека?» [2, с. 575].

Резюмируя свое отношение к монархии и самодержавию, Шаамирян писал, что если народ желает жить и оставаться свободными, какими изначально сотворил его Бог, то не должен никто по своей воле и своему желанию властвовать над ним (народом). Это было революционной и новейшей точкой зрения в общественно-политических источниках, так как именно монарх считался посланником Бога, получившим от Господа право царствования над конкретным народом.

Исходя из права естественного и божественного в качестве единственного источника власти он называл армянский народ, который будет «…следуя естеству своей природы царствовать над домом своим…дабы все в равной мере находились под сенью государства, начиная со дня своего рождения, и чтобы были все во все дни жизни своей и на веки царями над собственной своей страной» [2, с. 574-575].

В связи с этим надо отметить важнейшую особенность, связанную с трактовкой Шаамиряном теории общественного договора. Если ее основатели и говорили о возможности создания в результате такого договора монархии, а также о том, что суверен не обязан следовать Закону, так как он стоит выше Закона и судьи [13, с. 381-382], то Шаамирян был категорически против этого и стоял на той позиции, что только республиканская форма правления является благом для армянского народа, а власть обязана подчиняться Закону и не выходить за его рамки.

Органы власти должны быть избираемыми народом. Шаамирян придерживается принципа разделения властей, согласно которого представителями от народа по два человека от десяти тысяч домов будут принимать и подписывать законы, а получивший от них грамоту, подтверждающую избрание на высший должностной пост человек, будет применять эти законы в отношении народа. Этого человека Шаамирян характеризует как «тот, кто средь нас станет великим, он же будет и меньшим – служителем, должностным лицом, обязанным служить всем» [2, с. 580].

Анализ положений части первой «Западни честолюбия» показывает, что Шаамирян говорит о необходимости создания не просто государства республиканской формы правления, но и государства правового. Это выражается в установлении следующих принципов: во-первых, Закон является основой всех областей жизни государства и общества, исходит из права (естественного и божественного), должен быть «нерушимым, незыблемым и несомненным» и соответствовать критерию справедливости; во-вторых, все граждане равны перед законом и соответственно перед государством; в-третьих, устанавливаются взаимные права, обязанности и ответственность личности и государства (прежде всего конкретных должностных лиц за неисполнение или ненадлежащее исполнение своих обязанностей); в-четвертых, устанавливается стабильность законности и правопорядка в обществе.

Перейдем к рассмотрению второй части «Западни честолюбия» - «Армянское уложение законов для управления страной армянской». Как, мы отмечали, этот документ содержит не только нормы конституционного права, но и многочисленные нормы других отраслей – гражданского права, семейного права, уголовного права и т.д. В тексте работы эти нормы не систематизированы, поэтому нами проведена работа по их систематизации и анализу по основным отраслям права.

Конституционное право. Конституционно-правовые нормы, содержащиеся во второй части «Западни Честолюбия» можно разделить на две большие группы – «Основы государственного строя» и «Права и свободы человека и гражданина».

По форме государственного устройства Армения предполагалась как унитарное государство, а по форме правления – парламентская республика. Конституция закрепляла принцип разделения властей и верховенства права, а также разделение государства и церкви (ст. 63,64,83).

Высшим государственным органом является парламент - Дом Армении («Айоц Тун»), который выполняет законодательные и распорядительные функции. Как писал Шаамирян, закрепляя правовой статус членов парламента, всенародно избранные депутаты являются «единственными хозяевами страны армянской, они принимают законы и осуществляют выборы всех высших должностных лиц Дома Армении» [2, с. 589].

Членами Айоц туна, которые именуются «танутерами» (домовладельцами) могли стать только мужчины армянской национальности и армянского вероисповедания. Формирование верховной власти Армении происходит в два этапа. На первом этапе по два депутата избираются напрямую народом на срок три года. Для этого в стране создаются избирательные округа из расчета 1200 домов в каждом. Причем был установлен единый месяц для голосования – декабрь (прототип современного единого дня голосования). На втором этапе путем жеребьевки определяется кто из избранных станет танутером, а кто из них займет пост в органах исполнительной власти. Особый порядок по делегированию депутатов был предусмотрен для Патриарха. Один представитель духовенства направлялся в Дом Армении на срок три года и при голосовании по государственным вопросам обладал не одним, а двумя голосами.

Высшим органом исполнительной власти был «нахарар» (глава государства) – Отец Армении. Он избирался Домом Армении путем жеребьевки на три года. Он обладал серьезными, но небезграничными полномочиями. Отец Армении решал все вопросы международных отношений, был верховным главнокомандующим, подписывал решения верховной власти, но при этом был подконтролен и подотчет Дому Армении. У Отца Армении было 12 заместителей-советников, которые избирались на три года. Они несли личную ответственность за исполнение своих обязанностей. Например, в случае, если Отец Армении не выполнял поручения и законы Дома Армении, то он снимался с должности и его функции, до новых выборов, выполнял первый заместитель.

Конституция предусматривала и альтернативный способ замещения должности главы государства. Статья 52 содержала обращение к потомкам армянских царей Аршакидов или Баградитов, которые могли стать главой армянского государства. Условиями для замещения должности в таком порядке были необходимость «клятвенно подтвердить, что будут безусловно соблюдать традиции святой армянской церкви, подчиняться законам Армении и действовать как требует конституция Армении, а также возместить ущерб, нанесенный им Армении, если таковой был или будет» [2, с. 596].

В этом случае предусматривалась возможность признать эту должность наследственной, причем, как по мужской, так и по женской линии.

На наш взгляд, это нисколько не противоречит принципам республиканской формы правления и не превращает модель государственного устройства в монархическую. Во-первых, в отличие от монархий, нахарар в Армении осуществляет функции управления, но при этом не царствует; во-вторых, в остальном порядок деятельности нахарара не меняется, он подточен и подконтролен Дому Армении, может быть отрешен от своей должности и при наличии оснований может привлекаться к ответственности, вплоть до уголовной.

Судебную власть в Армении представляла Палата Верховного суда. Так, согласно ст. 26 из числа «наиболее принципиальных и добросовестных» депутатов верховная власть избирает группу в количестве 25 человек для работы в Верховном суде, которые из своего числа путем жребия избирают председателя Верховного суда сроком на три года. На местах судебную власть осуществляли областные и городские суды, председатели которых назначались Армянским Домом. Судебные органы войск также находились под контролем Верховного суда.

«Западня честолюбия» закрепляла за гражданами Армении широкие права и свободы, о получении которых они долгое время мечтали. Анализ данных норм показывает, что при их установлении и формулировке Шаамирян придерживается своей естественно-правовой позиции. Среди основных личных прав и свобод можно выделить, прежде всего, право на жизнь и право личной свободы каждого человека, живущего в Армении независимо от пола или национальной принадлежности, отвергается возможность принадлежности на праве собственности одного человека другому (ст. 3,11). Статья 6 закрепляла право всех людей, живущих в Армении, свободно веровать в своих богов, свободно осуществлять свои обычаи и традиции. Все иноверцы имели право принимать армянскую веру, а вот армянам под страхом смерти было запрещено отрекаться от христианской веры.

Статья 4 также посвящена вопросам личной свободы – «Все люди в Армении обладают свободой мысли, слова и дела. За творимое добро они заслуживают уважения, за зло - наказания, согласно законам Армении». Таким образом, свобода ограничивалась только теми деяниями, которые прямо запрещены армянскими законами. Выход за рамки должного поведения приводил к применению мер ответственности. Соответственно, выбор модели своего поведения оставался за самим человеком.

Защитить свои права и свободы, гарантированные Конституцией, граждане Армении могли путем обращения в суд. При этом, всем гражданам Армении гарантировалось право обращаться в суд по месту их жительства. Данная норма является современной и для нашего времени, содержится в Конституциях почти всех развитых демократических государств и является основой для установления правил подсудности в процессуальном законодательстве. Среди судебных прав значились также право на обжалование приговора, право на помилование, право на рассмотрение дела с участием присяжных заседателей, а также право на оказание квалифицированной юридической помощи. Так, ст. 223 предусматривала, что «Дела уголовные могут быть рассмотрены лишь в городских судах и при участии присяжных заседателей и адвокатов».

Для граждан Армении предусматривались и экономические права. Статья 11 закрепляла право на свободное владение, пользование и распоряжением имуществом. Собственность на землю могла быть государственной и частной. Церковь тоже имела право собственности на землю и другое имущество. Собственнику также принадлежали природные богатства земли и ее недр. Иностранцы могли пользоваться землей и недрами только на праве аренды (ст. 408 и 409). Кроме иностранцев собственниками недвижимого имущества не могли быть незаконнорожденные дети граждан Армении, которые могли пользоваться недвижимостью только на основании найма (ст. 10).

Согласно ст. 8 «Земля в Армении является собственностью государства, и ни одна пядь ее не может быть присвоена или отчуждена без ее купли у государства». Основанием возникновения права собственности на землю являлся договор купли-продажи, по которому человек, причем только армянской национальности и верующий армянской церкви, покупал ее у государства. Затем, новым собственником договор купли-продажи мог быть заключен с другим физическим лицом, но опять же, только армянином.

В статье 3 было закреплено право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности – «Человек - хозяин лишь своего труда и его результатов, а труд оплачивается по затратам, согласно армянским законам».

Право на жилище и невозможность проникновения в него без разрешения хозяев прямо прописывалось в статье 273: «Вошедшие в чужие жилища без приглашения… хозяевами могут быть избиты, даже ранены и выброшены вон из своих жилищ». Это же право защищено нормой ст. 71, согласно которой «Должностные лица армянского государства не вправе против воли хозяев дома насильно врываться в их жилище…».

Согласно ст. 129 Конституции имущество граждан Армении охранялось государством.

Политические права и свободы гражданина также нашли свое отражение в нормах конституции Шаамиряна. Статья 16 устанавливала всеобщее избирательное право: «Все граждане Армении обладают равными избирательными правами, создают одинаковые по количеству избирательные округа и осуществляют выборы своих депутатов в верховную власть Дома Армении». Можно утверждать, что правом избирать обладали не только мужчины, но и женщины.

Правом быть избранными не обладали женщины и иностранцы (ст. 186). Этой возможностью наделялись только мужчины армянской национальности и армянского вероисповедания (ст. 15). Избранные должностные лица, вплоть до Отца Армении, несли личную ответственность за ненадлежащее исполнение своих обязанностей и несоблюдение норм армянских законов. Она могла выражаться как в отзыве избирателями, так и в бессрочном отрешении от должности, например за взяточничество (ст. 56).

Большое внимание Шаамирян уделял социальным и культурным правам и свободам, обеспечивающим человеку достойный уровень жизни, социальную защищенность и культурное просвещение. Особенно защищались права малоимущих, обделенных слоев населения. Государство брало на себя обязательство по обеспечению населения лекарствами и бесплатным лечением, содержанием бедноты (ст. 140). Так, согласно статьям 139,140 Конституции все немощные, инвалиды, люди с различными увечьями и стрики, не имеющие кормильцев, должны быть взяты на содержание государства. Государство предоставляло нищим право беспрепятственно для своих нужд собирать в государственных и частных лесах фрукты, мед, яйца, диких животных и т.д. (ст. 97).

Государство брало на себя также ответственность за содержание незаконнорожденных детей в приютах до наступления им семнадцатилетнего возраста. При этом, незаконнорожденные дети граждан Армении, как и законнорожденные, обучались там грамоте, а мальчики еще и военному делу. В случае, если по достижении двадцатилетнего возраста незаконнорожденные дети не устраивались на работу самостоятельно, то имели право обратиться к местным властям за помощью в поиске работы. Необходимо отметить, что большое внимание образованию – это один из элементов, связывающих все источники армянского права.

Данные факты, а также то, что впервые было предложено создать специальное министерство по вопросу социальной защиты населения, провозглашение приоритета прав человека и закона свидетельствуют о том, что Шаамирян в своей Конституции закреплял основы не только правового государства, но и государства социального.

Кроме прав, Конституция предусмотрела и обязанности. Так, статья 2 закрепляла за армянином обязанность уметь говорить, писать и читать по-армянски. Статья 233 предусматривала обязанность всех верующих граждан Армении посещать церковь. Многочисленные статьи были посвящены вопросу налоговой обязанности как граждан Армении, так и иностранцев (ст. 60,101,102,121-123, 239).

Гражданское право. Вопросы о праве собственности на землю и другие объекты недвижимости нами уже были рассмотрены выше. Остановимся на вопросах регулирования обязательственных отношений. Шаамирян, будучи успешным купцом, считал, что армянское государство должно иметь мощную экономику, которую невозможно построить без развития торговых отношений. Учитывая свой богатый опыт и проблемы, возникающие на практике, Шаамирян попытался подробно рассмотреть вопросы, связанные с возникновением, исполнением и прекращением обязательств. Они, по Шаамиряну, могут иметь своей основой либо договоры, либо деликатные обязательства.

Субъектом договорных отношений мог быть только человек, достигший 18 летнего возраста (ст. 201). Договор мог быть заключен как в письменной, так и в устной форме. Дополнительные требования по форме договора должны были быть соблюдены при заключении договора купли-продажи – письменная форма и наличие двух свидетелей (ст. 122). Договор в присутствии свидетелей был обычной практикой армянских купцов и получил свое отражение и в других правовых актах, например в Астраханском армянском судебнике. В статье 152 Конституции Шаамирян указывает, что «Все покупатели… по совершении купли должны ударить по рукам с продавцами. Это надо считать свидетельством того, что сделка совершена честно».

Для признания договоров, предметом которых является недвижимость, необходимо было их зарегистрировать в городском суде (ст. 351).

В проекте Шаамиряна регулировались вопросы не только связанные с продажей недвижимости, но и договор аренды, хранения, займа, поручительства и т.д.

Несмотря на то, что Шаамирян был за свободу договорных отношений, но им были установлены вполне оправданные ограничения. В частности, ст. 151 предусматривала, что договором должен соответствовать армянским законам и естественным права. В противном случае договор считался недействительным. Также запрещалось заключать договоры, которые ограничивали свободу личности, унижали ее честь и достоинство. Эти ограничения устанавливались для защиты прав и интересов малограмотных и экономически слабых субъектов договорных отношений.

Конституция предусматривала возможность заключения и внешнеторговых договоров. Они регулировались такими же нормами, как и заключаемые договоры внутри страны. Но законом устанавливались некоторые ограничения. Так, согласно ст. 152 «Ремесленники Армении обладают правом вывоза своих изделий за границу, за исключением оружия, золота, серебра, золотых и серебряных украшений и предметов, военных машин». Очевидно, что эти ограничения устанавливались в целях защиты национальных интересов и безопасности армянского государства.

Еще одним основанием для возникновения обязательств является деликт – причинение ущерба. Например, при ущербе, нанесенным посевам, в том числе путем воровства или грабежа, предусмотрена материальная ответственность в виде возмещения причиненного ущерба в двукратном размере (ст. 433).

В целом обстоятельствами для прекращения обязательств являлись, например их исполнение, прощение долга и др. Срок давности для исполнения обязательств установлен в 10 лет (ст. 270). По истечении указанного срока кредитор терял право требовать у должника долг, причем не только в судебном порядке, но и в досудебном.

Всем гражданам Армении гарантировалось право обращаться в суд по месту их жительства, в том числе по поводу имущественных правоотношений. Стороны, в случае несогласия с решением суда имели право обжаловать его в течение 15-ти дней с момента вынесения решения в суде следующей инстанции. Стороны в процессе обладали равными правами и могли представлять доказательства, давать пояснения и привлекать свидетелей. Для того, чтобы свидетельские показания были приняты судом, необходимо, чтобы свидетель был приведен к присяге (ст. 216). Примечательно, что Шаамирян не делал каких-то отличий в показаниях мужчин и женщин, что еще раз показывает принцип равенства всех людей.

Наследственное право. В рассматриваемом документе имеются некоторые прогрессивные положения по вопросу наследования имущества. Так, предусматривалось два традиционных вида наследования - по завещанию и по закону, приоритет из которых имело наследование по завещанию. Женщина практически стала полноправным субъектом наследственного права, поэтому устанавливалось, что вопрос распределения имущества после смерти одного из супругов мог быть предусмотрен в брачном контракте (ст. 386) . В случае отсутствия завещания или брачного контракта наследство распределяется «согласно законам Дома Армении».

Дети могли получить наследство и имели право им распоряжаться только при наличии следующих условий: они являются законнорожденными детьми и достигли 21-летнего возраста.

Порядок наследования по закону предусмотрен в статье 157 «Западни честолюбия». Часть первая этой статьи предусматривает, что прежде чем начать раздел имущества между наследниками необходимо удовлетворить требования всех кредиторов умершего и оплатить все расходы на похороны. Часть вторая и третья в совокупности устанавливают следующий, порой неоднозначный и непоследовательный, порядок наследования по закону: «Половину оставшегося наследства получает жена (муж), две трети – сын и одну треть дочь. Если у супругов нет детей, - то братья и дяди супругов; если и их нет, - то дети братьев». Таким образом, получается, что женщины стали полноправными субъектами наследственного права, пусть и с некоторыми ограничениями, например в том, что доля брата в два раза больше доли сестры.

«Западня честолюбия» устанавливала, что в случае отсутствия наследников по закону, имущество признавалось выморочным и передавалось в дома призрения (ст. 402).

Семейное право. Основанием для вступления в брак являлось достижение брачного возраста и согласие родителей будущих супругов на их вступление в брак. Для армянских девушек устанавливался брачный возраст в 14 лет, а для юношей - 18 лет. Данное правило закреплено сразу в двух статья документа - статьи 144 и 381.

Положение о возрасте брачующихся рассматривалось и в некоторых других статья и касалось вопроса допустимой разницы в возрасте при вступлении в брак. Так, согласно ст. 382 «Женщинам моложе 40 лет запрещается выходить замуж за мужчину старше 70 лет, а мужчинам старше 70 лет жениться на женщине моложе 40 лет». По всей видимости, эта норма была направлена на поддержание в обществе должного уровня нравственности, а также забота о том, чтобы в семьях рождалось здоровое потомство.

Исходя из христианских традиций запрещался полигамный брак. В случае, если муж или жена тайно или путем обмана вступали во второй брак, то законной женой (мужем) считалтся первый супруг. (статья 218).

Законодательно устанавливался патриархальный строй в семье и прямо закреплялась власть мужа над женой, в том числе его право наказывать свою супругу, но только за «дело» и так «чтобы не повредить кости и суставы». (статья 383). Но при этом нельзя сказать, что жена была бесправной в армянской семье. В отличие от ислама, в армянских семьях женщина традиционно имела почет и уважение. И этот принцип отражен в статье 371, согласно которой «долг всех мужчин почитать женщин и всегда быть готовыми оказать им помощь».

Трудовое право. В статье 3 Конституции закреплено право любого человека, независимо от своего происхождения, сословия, свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности – «Человек - хозяин лишь своего труда и его результатов, а труд оплачивается по затратам, согласно армянским законам».

Основанием для возникновения правоотношений между работником и работодателем являлся трудовой договор: «Хозяева производства вправе иметь наемных работников и прислугу. Наем работников подлежит оформлению договором. Все условия договора должны соблюдаться обеими сторонами.» (статья 125). Надо отметить, что определение большинства условий договора было прерогативой сторон, но законом устанавливались и некоторые императивные нормы. Так, в частности устанавливалась шестидневная рабочая неделя. Статьей 402 предусматривалось, что «прислуга, няньки и другие слуги хозяев один раз в неделю имеют свободный день, который они могут использовать по своему усмотрению».

В целях защиты прав работников от нечестных работодателей законодатель предусматривал, что в случае, если работодатель в течение трех месяцев не выплачивал заработную плату и не выдавал рабочее обмундирование, то работник имел право досрочно расторгнуть трудовой договор (статья 126).

Законом устанавливалось наказание для работника за нарушение трудовой дисциплины. При этом наказания были призваны, с одной стороны, повлечь для работника какие-то неблагоприятные последствия, а с другой стороны, не дать работодателям возможность применять более суровые и унижающие достоинства работника наказания. Так, согласно ст. 130 Конституции «Прогул работы служащим не по болезни наказывается законом. За один день прогула назначается штраф в размере пяти дахеканов серебром, за три дня – двенадцать дней тюрьмы».

За работу, приносящую «полезность народу», представители различных профессий могли быть поощрены государством и получали почет народа. Например, «изобретатели новых орудий производства и совершенствующие старые орудия производства, облегчающие труд простых людей, достойны поощрения со стороны Дома Армении» (ст. 132); «если кто-либо из бумагоделательных мастеров изобретет бумагу более высокого качества, чем имеющую хождение, то от государства получает щедрое вознаграждение» (ст. 133); «ремесленники, имеющие звание мастера, показавшие в деле свою полезность народу, получают от государства вознаграждение» (статья 155); «адвокат, сумевший предотвратить вынесение смертного приговора, достоин любви и уважения» (ст. 206); « акушеры, сумевшие предотвратить опасность для жизни дитяти или роженицы при сложном течении родов, вознаграждаются Домом Армении одним дахеканом серебром» (ст. 207); «врач, спасший жизнь смертельно больного, вознаграждается Домом Армении одним дахеканом серебром» (статья 208). Критерием для вознаграждения работника является не его происхождение или род деятельности, а полученные результаты на благо государства и общества.

Уголовное право. Ш.Шаамирян, определял понятие преступления с точки зрения естественного права. Согласно его позиции преступление представляет собой любое деяние, посягающее на народное благополучие и запрещенное уголовным законом.

Согласно ст. 4 и 178 все люди на территории Армении заслуживают «за зло - наказания, согласно законам Армении». Целью уголовных наказаний, по Шаамиряну, являлось возмездие за совершенное зло, предупреждение совершения новых преступлений, а также исправление и перевоспитание преступника, так как он верил, что наказание «исцелит его от склонности ко злу».

Можно утверждать, что преступными не считались действия, совершенные в условиях необходимой обороны и крайней необходимости.

Среди видов наказания за преступления, которые мы встречаем в «Западне честолюбия», можно отметить смертную казнь, штраф, лишение свободы, телесные наказания и др. Важный принцип заложен Шаамиряном – тяжесть наказания должна соответствовать тяжести преступления и причиненному им вреду.

В рассматриваемом акте содержатся нормы, предусматривающие условия для привлечения к уголовной ответственности:1) возраст – «уголовные дела можно заводить только в отношении лиц старше восемнадцати лет» (ст. 182); 2) вина, установленная вступившим в законную силу приговором суда (ст. 223,224).

Судопроизводство по уголовным делам проводилось по следующим правилам. Согласно ст. 223 «дела уголовные могут быть рассмотрены лишь в городских судах и при участии присяжных заседателей и адвокатов». Согласно статьям 167 и 201 суд рассматривает уголовные дела на своих заседаниях, которые носят сессионные характер. Так, они рассматриваются четыре раза в году по 21 числам марта, июня, октября и декабря месяцев. Срок рассмотрения дел составляет три месяца.

Установление суда присяжных заседателей и участие адвоката имело важное значение, так как позволяло максимально защитить невиновного человека от необоснованных обвинений и произвола органов правосудия. Обвиняемый в уголовных преступлениях активно принимал участие в формировании коллегии присяжных. Так, за 50 дней до суда он должен был назвать имена двадцати мужчин своей или чужой национальности, за исключением близких родственников, которые бы участвовали в суде по его делу, а органы правосудия со своей стороны «выделяют 94 опытных и честных мужчин, из которых 70 человек присяжных для установления виновности или невиновности подсудимого и 24 человека обвинителей» (статья 224).

Все приговоры могли быть обжалованы в вышестоящий суд, что позволяла проверить законность их вынесения, и позволяло создать условия гарантий от судебных ошибок: «Все приговоры местных и судебных властей могут быть обжалованы в палате Верховного суда Армении в принятом порядке. Приговор Верховного суда является окончательным и обжалованию не подлежит» (ст. 163). Срок для подачи жалобы в вышестоящий суд составлял три месяца (ст. 203).

Осужденные к смертной казни в трехмесячный срок с момента вынесения приговора могли обратиться в канцелярию премьер-министра страны за помилованием (ст. 203). В случае получения отказа от премьер-министра, приговоренный к смертной казни преступник имел право обратиться за помилованием в Дом Армении, решение которого являлось окончательным (статья 204). В случае, если было принято решении о сохранении преступнику жизни, он лишался возможности поступить на какую-либо должность и «навсегда теряет честь» (ст. 177).

Подводя итог рассмотрения памятника армянского права и общественно-правовой мысли - «Западни честолюбия» (Ворогайт Парац) Шаамира Шаамиряна можно с уверенностью отметить, что это величайший акт, закрепивший в себе основные принципы демократии и гуманизма. Правильнее характеризировать изучаемый документ не как Конституцию государства, а как некий кодифицированный источник, призванный урегулировать общественные отношения в различных областях, в том числе государтвенно-правовой, уголовной, гражданской и т.д.

В результате анализа норм и первой и второй части изучаемого документа, а также переписки Шаамиряна со своими сторонниками мы пришли к выводу, что этот документ задумывался автором не только, как Конституция будущего независимого армянского государства, но и как программа национальной борьбы армянского народа за свою независимость и построение прогрессивного государства.

Шаамирян сумел воплотить в тексте самые лучшие достижения политико-правовой мысли своего времени и создал уникальный документ, положения которого нашли отражения во многих Конституциях современных государств и были направлен на построение правового и социального государства, где источником власти являлся сам армянский народ. В ней нашли отражения чаянии армянского народа, который мечтал о том, чтобы вновь стать хозяином на своей земле. Но, к сожалению, данная Конституция осталась проектом и не получила юридическую силу.

3. Развитие армянского права в армянских колониях

Польши и Украины

Большие армянские колонии с ранних времен стали формироваться в городах Украины и Польши. Большинство правителей этих земель, которыми были попеременно и польские короли и литовские князья, поддерживали армянское население, видя в нем основу, прежде всего, экономического развитии этих местностей. Армяне занимались ремеслами, активно торговали, прежде всего, с восточными странами, развивали социальную сферу, создавали больницы, школы, библиотеки, типографии. Армяне активно участвовали в жизни и развитии, например Польского государства. Используя широкое знакомство армян со странами Востока, польские короли установили через них политические сношения с Турцией и Ираном; армяне выполняли и иные важные государственные полномочия.

По данным многих ученых, привилегии на самоуправление были предоставлены армянам Львова и Каменца еще в 1344 году Казимиром III Великим [14, с. 589]. В период Нового времени, охватывающий XV-XVIII века, важнейшими центрами развития армянской общины, в том числе и в интересующих нас вопросах развития армянского права, были города Каменец-Подольский и Львов. Именно в этих городах армяне смогли организовать свое самоуправление и создать сильную правовую автономию, тем самым постепенно отдалялись от регулирования отношений с участие армян нормами, действующего в этих местностях магдебургского права.

Учитывая, что городское самоуправление не было чем-то новым для армянского населения, то они смогли на новом месте создать достаточно эффективную систему управления, соответствующую армянским историческим традициям и потребностям армянского населения. Несмотря на то, что какие-то внешние атрибуты организации местного самоуправления, например, войт, лавники, совет, старейшины были заимствованы из норм магдебургского права, но по своей сущности были армянским и соответствовали армянскому праву. Руководящие органы армянского сообщества выступали перед властями государства как представители всего армянского народа, проживающего в конкретном городе, и имели право осуществлять административную и судебную власть внутри колонии.

Органом, осуществляющим местное самоуправление армян, был армянский войтовский суд. Исключительную важность и ценность представляют сохранившиеся до нашего времени судебно-административные книги, содержание протоколы заседаний Каменец-Подольского армянского суда. Они ярко характеризуют сложившиеся в рассматриваемый период общественные отношения в этой армянской колонии и имеют большое значение в изучении развития армянского права. Они являются первоисточниками, составленными в процессе судопроизводства, и ярко показывают процесс правоприменительной деятельности судебного органа. В них отражены вопросы правового регулирования частных отношений, имевшихся в армянской действительности того времени.

Но название этого органа – «суд», не должно вводить в заблуждение. Суд в армянских колониях Польши и Украины занимался не только разбирательством уголовных и гражданских дел, но и «вообще всем тем, на что в пределах Peчи Посполитой имел право руководящий орган иноплеменной городской общины, королевским указом наделенный правом руководствоваться своими национальными законами» [15, с. 189].

Должность войта - председателя суда была выборной. Выборы проходили по порядку, составленному армянскими органами самоуправления, который затем утверждался польским королем. Так, В. Григорян приводит пример того, как проходили выборы, на основании документа, составленного 7 декабря 1634 г. «сорока братьями» армянского магистрата Каменца, который был утвержден королем Владиславом IV 22 марта 1635 г.Согласно этой королевской грамоте, выборы войта происходили ежегодно, накануне праздника св. Матвея. Выборщиками были «сорок братьев» во главе со своим маршалом и 50 представителей от «простого люда». Этих последних избирали «сорок братьев» и их маршал за 2-3 дня до выборов из числа «добрых, честных и основательно оседлых» членов своей общины, с условием, чтоб они были прилично одеты [15, с. 192].

Таким образом, главным критерием для получения возможности принять участия в выборах было наличие определенного имущества и постоянное проживание в городе. Лица неимущие не обладали избирательным правом, ни активным, ни тем более пассивным. Один из судей избирался на должность «субделегата», который выполнял функции заместителя войта, в случае его отсутствия.

Общее количество судей составляло 12 человек. Одновременно проходили выборы присяжных, которые принимали участие в заседании суда.

Из числа богатых граждан избирался коллегиальный орган - «сорок братьев», представляющий собой совет или собрание знатных и имущих горожан.

Важнейшая особенность армянского самоуправления заключалась в том, что войтовский суд был уполномочен рассматривать все дела с участием армян. Причем, остальные жители города – не армяне, имевшие претензии к армянам, должны были обращаться также в этот суд. Даже если истец – не армянин по какому-либо поводу жаловался на армянина своему судье, тот направлял его к армянскому войту.

Так, например одна из статей Актовой книги суда озаглавлена «Украинец Леско о молотке». Суть обращения заключалась в том, что у Леско в доме произошла кража. Одну из украденный вещей – свой молоток, он обнаружил во владении некого армянина Мацко. В целях разрешения этого вопроса судом быль выделен пристав, который вместе с заявителем пошел к Мацко. Обнаружив тот молоток у Мацко в ратуше, пристав спросил «у кого он его взял, и, придя, засвидетельствовал, что Мацко сказал: «У хозяина его дома был один скорняк, который одолжил у меня ножницы и не отдал, так я взял этот молоток у него вместо ножниц». Которое свидетельство пристава Леско дал записать и этот молоток оставил в суде до тех пор, пока сыщется тот человек» [16, с. 876].

Деятельность органов местного самоуправления и непосредственно судопроизводство осуществлялись на основании утвержденного Польским королем Сигизмундом I в 1519 году армянским Судебником. По своей сути, он представлял собой модифицированный текст армянского Судебника Мхитара Гоша, а также базировался на нормах канонического и магдебургского права.

В судебнике широко регулировались правовые отношения церковного, брачного, уголовного, гражданского характера. Некоторая часть статей была переработана с учетом новых правовых отношений, которые сложились в регионе. Армянский судебник 1519 г. представлял собой полноценный и многофункциональный кодифицированный акт. Его введение еще раз подтвердила особенность и авторитетность армянского суда и усилила армянскую юрисдикцию в городе как автономную по своему характеру.

Анализ судебных протоколов Каменец-Подольского армянского суда подтверждает наличие большого круга отношений, в которых принимали участие армяне. Однако, дела связанные с торгово-экономическими и гражданскими отношениями всегда находились в центре внимания армянского суда. В области торговых отношений заключались договоры купли-продажи, аренды, займа, залога, хранения и т.д.

Большое внимание в судебных актах уделено договору аренды, причем тех договоров, предметом которых были мельницы. Мельницы на реке Смотрич принадлежали общине, поэтому все, что касалось их аренды, фиксировалось, оформлялось в суде. В 1660 г. войт и присяжные сдали мельницу одному из их числа, Греско, сыну Милько, на год за 200 серебряных польских флоринов сроком на один год, который «начинается на Масленицу и заканчивается Масленицей 1611 года». Часть арендной платы в размере 100 флоринов арендатор вносил при получении арендуемого имущества, остальное - при истечении ее сроков. Оговаривалось, что эти условия должны выполняться неукоснительно, если не будет наводнения или пожара, которые уничтожат мельницу и дамбу. В случае наступления указанных событий условия договора должны быть пересмотрены [16, с. 953].

Сдавались в аренду также участки полей и городских земель, часть из которых находилась в частной собственности. Запись от 13 ноября 1647 года свидетельствует о сдаче в аренду принадлежащих общине полей вместе с «сенокосами, холопами, поданными по книге, а также с чиншами, робочизнами, десятинами и другими налогами, надлежащими с фольварков, в аренду на три года кряду» за сумму в триста восемьдесят флоринов польскими деньгами сроком на три года. Сумму за аренду имущества арендаторы должны были платить в три этапа. Первую часть – сто пятьдесят флоринов они обязаны были уплатить и отдать через год на следующую Язловецкую ярмарку в 1648 году. Вторую часть – тоже сто пятьдесят флоринов – также на Язловецкую ярмарку на второй год, который приходился на 1649 год. Третью часть – восемьдесят флоринов – при окончании аренды в 1650 году, наличными. В качестве способа, обеспечивающего исполнение ими своих обязательства, был залог принадлежащего в момент заключения договора арендаторам движимого и недвижимого имущества, а также приобретенного в будущем на сумму триста восемьдесят флоринов [16, с. 935-938]. Часто договоры аренды предусматривали условие о возможности передавать имущество в субаренду, без получения предварительного согласия собственника имущества.

Очень часто заключались договоры займа с условием о залоге имущества в целях обеспечения исполнения обязательств. Как отмечает Н.С. Рашба, торговцам, которые брали займы для покупки товара в целях дальнейшей перепродажи, приходилось закладывать дома. Этим торговцам не всегда сопутствовала удача и они не могли вернуть сумму долга. Кредитор с этим не считался. Например, суд требовал от Иол-бея и его брата, просрочивших уплату платежа, 80 флоринов вместо полученных ими 40. Двойного возмещения ссуды требовали и от Нурсеса, получившего ссуду в 35 рублей. По другому иску суд приговорил выселить Нурсеса из дома, если он через две недели не заплатит за полученные им 15 шкур. Решение о выселении в трехдневный срок принято было и в отношении Асу [17, с. 105].

Те, должники, у которых не было имущества и «не имеют ничего больше, кроме своей жизни» сажались в долговую тюрьму. Так было в 1561—1562 гг. с Каспаром и Аваком, которые заявили, что не могут уплатить: первый—долг в 7 рублей, второй - в 60 флоринов. В 1573 г. посадили неплатежеспособных должников Косту и Давида, сына Маохара [17, с. 106-107]. Аналогичная ситуация встречается и в актах через восемь десятков лет в 1641 году. Маренко, жена Гануса, как была посажена по декрету суда из-за определенной суммы долга в сто семьдесят восемь флоринов [16, с. 932].

Надо отметить, что женщины практически во всех гражданско-правовых отношениях имели равные права и обязанности с мужчинами, выступали истцами и ответчиками в суде. Такой вывод позволяет сделать наличие многочисленных записей, где показывается активная деятельность женщин в этой области и их место в общественной жизни.

Так, согласно одной из записей в актовой книге от 29 июля 1594 года некто Магда, жена Марко назначила своим уполномоченным своего сына Хачко, предоставив ему права «выигрывать, проигрывать, выслушивать присяги, отбирать долги, квитовать» [16, с. 887]. Очевидно, что женщины обладали всеми этими права и могли, как сами их осуществлять, так и через своих представителей.

Женщины обладали правом собственности и имели право распоряжаться имуществом по своему усмотрению. В записи от 7 декабря 1623 года приводится пример заключения договора аренды имущества, где арендодателем являлась женщина-собственник дома. «Придя лично, почтенная Майрам, внучка Шилтыха, жена Киркора, вдова сказала, что свой собственный дом на Замковой улице, рядом с домом Годованца, она сдала в аренду почтенному Асвадуру, сыну Тороса, на пять лет кряду за шесть флоринов в год, и арендную плату за пять лет, все тридцать флоринов, она получила сразу, и с сегодняшнего дня позволяет Асвадуру пользоваться всем домом, двором и участком. Срок этой аренды начинается сегодня и будет продолжаться до тех пор, пока он не проживет все пять лет в счет этих тридцати флоринов по шесть флоринов за каждый год. Налоги за этот дом должен платить Асвадур. Кроме того, названная Майрам, жена Киркора, оставила за собой право свободного обитания в том доме. Со всем этим Асвадур, здесь же встав лично, согласился» [16, с. 919].

Женщины имели право выступать поручителями по обязательствам. Чаще всего они поручались по обязательствам, носившим денежный характер и должниками по которым были их мужья. Так, 8 апреля 1598 некто Петрухна, жена Тавита Чирахчи, лично, поручилась за своего мужа Тавита «уплатить 2 талера гайдуку Гавришу на наш праздник св. Оксента в этом году наличными, а не каким бы то ни было товаром, без каких-либо судебных отсрочек и апелляций» [16, с. 890].

Уголовные дела судом рассматривались в составе войта -председательствующего, старост и присяжных. Обязательное участие в заседании принимали как обвинитель, так и обвиняемый, который имел право на представителя в уголовном процессе. В записи от 3 июня 1655 года отражена вся сущность порядка определения виновности обвиняемого судом – «основой каждого дела является не что иное, как только судебное расследование» [16, с. 948]. Поэтому процесс носил состязательный характер, стороны представляли свои доказательства, в том числе и имели право просить о допросе свидетелей по делу. Процесс носил письменный характер и все действия записывались в акт суда. Обвиняемому запрещали выезжать из города, а в случае отсутствия поручителя подвергали аресту и даже заковывали в цепи.

Учитывая, что Каменец был королевским городом, то апелляции на решения суда как по гражданским, так и по уголовным делам заслушивались в столице. Апелляции в польском государстве обычно направлялись в надворный асессорский суд, в котором председательствовал канцлер, но сложные дела слушались в надворном реляционном суде, где присутствовали король, министры и сенаторы [15, с. 196].

Среди других многочисленных функций суда выделяются также полномочия по обеспечению порядка, полицейская функция, нотариальная функция. Суд оформлял брачные договоры, хранил завещания армян, вносил в них изменения по просьбе завещателя, приводил их в исполнение.

Так, в записи от 1609 года об открытия завещания старосты Михно, четко прослеживается порядок оформления завещаний и порядок его открытия. Завещатель писал завещание собственноручно, помещал его в футляр и запечатывал. Футляр с завещанием хранился в секвестре суда и скрывался только после смерти завещателя. Армянский суд в лице войта и в присутствии присяжных открывал этот запечатанный футляр и вносил текст завещания в акт суда [16, с. 898-901].

Очевидно, что суды в своей деятельности руководствовались «Судебником», утвержденным Сигизмундом I в 1519 году, но очень интересен тот факт, что в актах номера применяемых статей не указывались. Чаще всего, в актах содержатся фразы «согласно законам суда» и все.

Кроме светского суда в армянских колониях действовали и духовные суды, в ведении которых находились дела, касавшиеся церкви, религиозной жизни, а также вопросов, связанных с браком и семьей. Решения духовных судов могли быть обжалованы львовскому армянскому архиепископу.

Подводя итог, отметим, что наличие органов самоуправления в армянских колониях Польши и Украины, деятельность армянских магистратов и судов, их многочисленные права и обязанности являются ярким показателем возможности армян с одной стороны включиться в процессы, происходящие в месте их обитания и при этом их умение сохранить свою самобытность и индивидуальность. Основой права армян этих мест составляли армянские законы, прежде всего нормы Судебника Мхитара Гоша, армянское обычное право, а также канонические нормы. Важнейшим памятником развития армянского права стали акты суда Каменец - Подольска. Они являются первоисточниками, составленными в процессе судопроизводства, и ярко показывают процесс правоприменительной деятельности судебного органа. В них отражены вопросы правового регулирования частных отношений, имевшихся в армянской действительности того времени. Анализ этих актов позволяют нам утверждать, что армянские колонии, где бы они не были организованы, не забывают свою культуру и корни, пытаясь регулировать свою жизнь за рубежом на основе традиций, права и иных принципов, переданных предками.

*****

Развитие армянского права в эпоху Нового времени отнюдь не ограничивается тремя конкретными случаями, рассмотренными в настоящей статье. Аналогичной правовой культурой и высоким уровнем правового развития характеризовались многие армянские колонии. Однако, полагаем, что приведенные выше примеры наиболее ярко отражают принципы и тенденции развития и становления правовой и общественной мысли в армянских колониях.

Библиография
1.
Лео. История Армении. Т. 3. Ереван, 1946.(на арм. яз.)
2.
Авакян Р.О. Памятники армянского права. Ереван: ЕФ МНОЮИ-XXI ВЕК , 2000.
3.
Подробнее: Становление системы образования в Астраханской губернии (XVIII – начало XX в.): учебное пособие / А. М. Трещёв, Г. В. Алфёрова. – Астрахань, 2011. С. 74-79; Аветикян A.C. Учебно-просветительская деятельность астраханских армян в XVIII-первой половине XIX вв.//Городская повседневность в России и на Западе. Межвузовский сборник научных трудов. Саратов: Изд-во Саратовского университета, 2006. С. 71-79.
4.
Юхт А. Правовое положение астраханских армян в первой половине XVIII в. // Известия АН АССР, 1960.-№ 12.
5.
ПСЗРИ. Соб. 1. Т. ХII. № 8919.
6.
ПСЗРИ. Соб. 1. Т. ХII. № 9311.
7.
Хачатурян В.А. Административно-правовое положение астраханских армян во второй половине XVIII века // Известия АН АССР.-1963.-№ 12.
8.
Алексеев К. Изложение законоположений, заключающихся в Армянском судебнике. М., 1870.
9.
Погосян Ф.Г. Судебник астраханских армян. Ереван: Издательство АН АССР, 1967. (на армянском языке).
10.
Армянский Судебник Мхитара Гоша (пер. с древнеарм. яз.) / Паповян А. А. Ереван: Изд-во Ереван. ун-та, 1954.
11.
Судебник Смбата Спарапета. / Памятники армянского права. Ереван: ЕФ МНОЮИ-XXI ВЕК , 2000.
12.
Иоанисян А.Р. К истории возникновения «Западни честолюбия».// Известия АН АССР. 1948. № 3.
13.
История политических и правовых учений: учеб. для вузов / под общ. ред. В.С. Нерсесянца. М.: Норма, 2007.
14.
Гаркавец А. Из истории кыпчакоязычных армян // Загадочные украинские армяне, которые говорили, писали и молились по-кыпчакски и 400 лет назад напечатали первую в мире кыпчакскую книгу. Алматы: Дешт-и-Кыпчак, 2003.
15.
Григорян В. История армянских колоний Украины и Польши (армяне в Подолии). Ер.: Издательство АН АрмССР, 1980.
16.
Гаркавец А. Н. Кыпчакское письменное наследие. Том I. Каталог и тексты памятников армянским письмом // Актовая книга Каменец-Подольского Армянского войтовского суда. Алматы: Дешт-и-Кыпчак, 2002. С. 876.
17.
Рашба Н.С. Общественно-политическая жизнь армянской колонии в Каменец-Подольском (XVI-XVII вв.) // Историко-филологический журнал АН АССР. – 1976.-№ 4.
18.
Кодан С.В. Национальная политика и формирование территориально-законодательного устройства Российской империи (1800-1850-е гг.) // Право и политика. 2003. № 2.
19.
Кодан С.В., Февралев С.А. Местное гражданское право Грузии в правовом регулировании на Кавказе (1800-1850-е гг.) // NB: Вопросы права и политики.-2013.-№ 6.
20.
Кодан С.В., Февралев С.А. Местное право национальных регионов в правовой системе Российской империи. М.: Изд-во NOTA BENE, 2012.
21.
Кодан С.В., Февралев С.А. Местное право национальных регионов Российской империи: истоки, место в политике и идеологии, юридическая природа (вторая половина XVII-начало XX вв.) // NB: Вопросы права и политики. — 2013.-№ 2.
22.
Февралев С.А. Местное законодательство в государственно-правовом развитии России (вторая половина XVII-начало XX вв.) // Политика и право. 2011. № 6.
23.
Февралев С.А.Местные правовые системы национальных регионов в политике российской верховной власти (вторая половина XVII-начало XX вв.) // Политика и общество. 2012. № 1.
24.
Айкянц А. М. История развития частного права в Армении. Ереван: Асогик., 2006.
25.
Айкянц А. М. Становление частного права в Армении в период развитого средневековья (X-XIV вв.). – Государство и право.-2007.-№ 12.
26.
Казинян Г.С. История развития уголовного процесса в Армении. Ереван: Изд-во Ер. Унив-та, 1999.
27.
Петикян С.Г. Эволюция источников армянского права с древнейших времен до середины XIX века. Дис. ... канд. юрид. наук. Нижний Новгород, 2011.
28.
Торосян Х. Суд и процесс в Армении в X-XIII вв. Ереван: Изд-во АН АССР , 1985.
29.
Авакян Р.О. Судебник астраханских армян 1765 года, как памятник права и вековой дружбы между армянским и русским народами // Юриспруденция в современной России: материалы всероссийской заочной научно-практической конференции (5 марта 2011 г.).-Новосибирск: Изд-во «ЭНСКЕ», 2011.
30.
Зурначян А.С. Некоторые вопросы уголовного права и процесса по армянскому судебнику Мхитара Гоша // Исторические, философские, политические и юридические науки, культурология и искусствоведение. Вопросы теории и практики. 2011. № 5(11).-С. 94-96.
31.
Зурначян А.С. Некоторые вопросы регулирования гражданско-правовых отношений по армянскому судебнику Мхитара Гоша // Казанская наука. 2011. № 3.-С. 110-113.
32.
Зурначян А.С. Система управления в Восточной Армении в первой половине 19 века // Исторические, философские, политические и юридические науки, культурология и искусствоведение. Вопросы теории и практики. 2012. № 1(15).-С. 69-73.
33.
Зурначян А.С. Вопросы наследования по армянскому судебнику Мхитара Гоша // Альманах современной науки и образования. 2011. № 5(48).-С. 16-18.
34.
Зурначян А.С. Социально-экономическое и правовое положение армянских земель в XVI-начале XIX веков // Спецпроект: анализ научных достижений. Материалы 6 международной научно-практической конференции.-Днепропетровск, 30-31 мая 2011 года.-С. 115-120.
35.
Зурначян А.С. Проблемы государства и права в Судебнике Смбата Спарапета // Юридические науки: проблемы и перспективы: материалы II международной научной конференции.-Пермь, 2014.-С. 7-11.
36.
Зурначян А.С. Конституционно-правовые взгляды Шаамира Шаамиряна // Молодой ученый. 2014. № 1.-С. 222-225.
37.
Зурначян А.С. Правовое положение землевладельцев в Восточной Армении в XIX веке // NB: Вопросы права и политики. — 2014.-№ 2.-С.78-94. DOI: 10.7256/2305-9699.2014.2.10920. URL: http://e-notabene.ru/lr/article_10920.html
38.
Розин В.М.. Становление античного мышления: (методологические, феноменологические, технологические и институциональные аспекты) // Философия и культура. – 2014. – № 3. – С. 104-107. DOI: 10.7256/1999-2793.2014.3.9638
39.
Т. А. Галкина. Армянские впечатления: культурологическое эссе // Культура и искусство. – 2012. – № 4. – С. 104-107.
40.
И. В. Григорян. Внешняя политика Турции в отношении государств Южного Кавказа: новые вызовы и угрозы национальной безопасности // Национальная безопасность / nota bene. – 2012. – № 3. – С. 104-107.
41.
Г. А. Шмавонян. Структура судебной власти и система конституционной юрисдикции в Армении. // Право и политика. – 2000. – № 3.
42.
Дилбандян С.А.. Участие защитника по делам несовершеннолетних в уголовном процессе России и Армении // Административное и муниципальное право. – 2011. – № 5. – С. 104-107.
43.
С.Г. Сукиасян. Изучение гендерных проблем в Армении. // Психология и Психотехника. – 2009. – № 1.
44.
Л.Г. Чихладзе. Соотношение местного самоуправления и местного управления в муниципальном законодательстве республики Армения: сравнительно-правовой анализ. Часть вторая. Окончание // Политика и Общество. – 2007. – № 10.
45.
Л.Т. Чихладзе. Соотношение местного самоуправления и местного управления в муниципальном законодательстве Республики Армения: сравнительно-правовой анализ.Часть 1. // Политика и Общество. – 2007. – № 9.
46.
В.М. Манукян. Особенности местной власти в советской Армении. // Политика и Общество. – 2005. – № 11.
47.
Е.А. Лащенова. «Русский мир» в Армении. // Политика и Общество. – 2005. – № 6
References (transliterated)
1.
Leo. Istoriya Armenii. T. 3. Erevan, 1946.(na arm. yaz.)
2.
Avakyan R.O. Pamyatniki armyanskogo prava. Erevan: EF MNOYuI-XXI VEK , 2000.
3.
Podrobnee: Stanovlenie sistemy obrazovaniya v Astrakhanskoi gubernii (XVIII – nachalo XX v.): uchebnoe posobie / A. M. Treshchev, G. V. Alferova. – Astrakhan', 2011. S. 74-79; Avetikyan A.C. Uchebno-prosvetitel'skaya deyatel'nost' astrakhanskikh armyan v XVIII-pervoi polovine XIX vv.//Gorodskaya povsednevnost' v Rossii i na Zapade. Mezhvuzovskii sbornik nauchnykh trudov. Saratov: Izd-vo Saratovskogo universiteta, 2006. S. 71-79.
4.
Yukht A. Pravovoe polozhenie astrakhanskikh armyan v pervoi polovine XVIII v. // Izvestiya AN ASSR, 1960.-№ 12.
5.
PSZRI. Sob. 1. T. KhII. № 8919.
6.
PSZRI. Sob. 1. T. KhII. № 9311.
7.
Khachaturyan V.A. Administrativno-pravovoe polozhenie astrakhanskikh armyan vo vtoroi polovine XVIII veka // Izvestiya AN ASSR.-1963.-№ 12.
8.
Alekseev K. Izlozhenie zakonopolozhenii, zaklyuchayushchikhsya v Armyanskom sudebnike. M., 1870.
9.
Pogosyan F.G. Sudebnik astrakhanskikh armyan. Erevan: Izdatel'stvo AN ASSR, 1967. (na armyanskom yazyke).
10.
Armyanskii Sudebnik Mkhitara Gosha (per. s drevnearm. yaz.) / Papovyan A. A. Erevan: Izd-vo Erevan. un-ta, 1954.
11.
Sudebnik Smbata Sparapeta. / Pamyatniki armyanskogo prava. Erevan: EF MNOYuI-XXI VEK , 2000.
12.
Ioanisyan A.R. K istorii vozniknoveniya «Zapadni chestolyubiya».// Izvestiya AN ASSR. 1948. № 3.
13.
Istoriya politicheskikh i pravovykh uchenii: ucheb. dlya vuzov / pod obshch. red. V.S. Nersesyantsa. M.: Norma, 2007.
14.
Garkavets A. Iz istorii kypchakoyazychnykh armyan // Zagadochnye ukrainskie armyane, kotorye govorili, pisali i molilis' po-kypchakski i 400 let nazad napechatali pervuyu v mire kypchakskuyu knigu. Almaty: Desht-i-Kypchak, 2003.
15.
Grigoryan V. Istoriya armyanskikh kolonii Ukrainy i Pol'shi (armyane v Podolii). Er.: Izdatel'stvo AN ArmSSR, 1980.
16.
Garkavets A. N. Kypchakskoe pis'mennoe nasledie. Tom I. Katalog i teksty pamyatnikov armyanskim pis'mom // Aktovaya kniga Kamenets-Podol'skogo Armyanskogo voitovskogo suda. Almaty: Desht-i-Kypchak, 2002. S. 876.
17.
Rashba N.S. Obshchestvenno-politicheskaya zhizn' armyanskoi kolonii v Kamenets-Podol'skom (XVI-XVII vv.) // Istoriko-filologicheskii zhurnal AN ASSR. – 1976.-№ 4.
18.
Kodan S.V. Natsional'naya politika i formirovanie territorial'no-zakonodatel'nogo ustroistva Rossiiskoi imperii (1800-1850-e gg.) // Pravo i politika. 2003. № 2.
19.
Kodan S.V., Fevralev S.A. Mestnoe grazhdanskoe pravo Gruzii v pravovom regulirovanii na Kavkaze (1800-1850-e gg.) // NB: Voprosy prava i politiki.-2013.-№ 6.
20.
Kodan S.V., Fevralev S.A. Mestnoe pravo natsional'nykh regionov v pravovoi sisteme Rossiiskoi imperii. M.: Izd-vo NOTA BENE, 2012.
21.
Kodan S.V., Fevralev S.A. Mestnoe pravo natsional'nykh regionov Rossiiskoi imperii: istoki, mesto v politike i ideologii, yuridicheskaya priroda (vtoraya polovina XVII-nachalo XX vv.) // NB: Voprosy prava i politiki. — 2013.-№ 2.
22.
Fevralev S.A. Mestnoe zakonodatel'stvo v gosudarstvenno-pravovom razvitii Rossii (vtoraya polovina XVII-nachalo XX vv.) // Politika i pravo. 2011. № 6.
23.
Fevralev S.A.Mestnye pravovye sistemy natsional'nykh regionov v politike rossiiskoi verkhovnoi vlasti (vtoraya polovina XVII-nachalo XX vv.) // Politika i obshchestvo. 2012. № 1.
24.
Aikyants A. M. Istoriya razvitiya chastnogo prava v Armenii. Erevan: Asogik., 2006.
25.
Aikyants A. M. Stanovlenie chastnogo prava v Armenii v period razvitogo srednevekov'ya (X-XIV vv.). – Gosudarstvo i pravo.-2007.-№ 12.
26.
Kazinyan G.S. Istoriya razvitiya ugolovnogo protsessa v Armenii. Erevan: Izd-vo Er. Univ-ta, 1999.
27.
Petikyan S.G. Evolyutsiya istochnikov armyanskogo prava s drevneishikh vremen do serediny XIX veka. Dis. ... kand. yurid. nauk. Nizhnii Novgorod, 2011.
28.
Torosyan Kh. Sud i protsess v Armenii v X-XIII vv. Erevan: Izd-vo AN ASSR , 1985.
29.
Avakyan R.O. Sudebnik astrakhanskikh armyan 1765 goda, kak pamyatnik prava i vekovoi druzhby mezhdu armyanskim i russkim narodami // Yurisprudentsiya v sovremennoi Rossii: materialy vserossiiskoi zaochnoi nauchno-prakticheskoi konferentsii (5 marta 2011 g.).-Novosibirsk: Izd-vo «ENSKE», 2011.
30.
Zurnachyan A.S. Nekotorye voprosy ugolovnogo prava i protsessa po armyanskomu sudebniku Mkhitara Gosha // Istoricheskie, filosofskie, politicheskie i yuridicheskie nauki, kul'turologiya i iskusstvovedenie. Voprosy teorii i praktiki. 2011. № 5(11).-S. 94-96.
31.
Zurnachyan A.S. Nekotorye voprosy regulirovaniya grazhdansko-pravovykh otnoshenii po armyanskomu sudebniku Mkhitara Gosha // Kazanskaya nauka. 2011. № 3.-S. 110-113.
32.
Zurnachyan A.S. Sistema upravleniya v Vostochnoi Armenii v pervoi polovine 19 veka // Istoricheskie, filosofskie, politicheskie i yuridicheskie nauki, kul'turologiya i iskusstvovedenie. Voprosy teorii i praktiki. 2012. № 1(15).-S. 69-73.
33.
Zurnachyan A.S. Voprosy nasledovaniya po armyanskomu sudebniku Mkhitara Gosha // Al'manakh sovremennoi nauki i obrazovaniya. 2011. № 5(48).-S. 16-18.
34.
Zurnachyan A.S. Sotsial'no-ekonomicheskoe i pravovoe polozhenie armyanskikh zemel' v XVI-nachale XIX vekov // Spetsproekt: analiz nauchnykh dostizhenii. Materialy 6 mezhdunarodnoi nauchno-prakticheskoi konferentsii.-Dnepropetrovsk, 30-31 maya 2011 goda.-S. 115-120.
35.
Zurnachyan A.S. Problemy gosudarstva i prava v Sudebnike Smbata Sparapeta // Yuridicheskie nauki: problemy i perspektivy: materialy II mezhdunarodnoi nauchnoi konferentsii.-Perm', 2014.-S. 7-11.
36.
Zurnachyan A.S. Konstitutsionno-pravovye vzglyady Shaamira Shaamiryana // Molodoi uchenyi. 2014. № 1.-S. 222-225.
37.
Zurnachyan A.S. Pravovoe polozhenie zemlevladel'tsev v Vostochnoi Armenii v XIX veke // NB: Voprosy prava i politiki. — 2014.-№ 2.-S.78-94. DOI: 10.7256/2305-9699.2014.2.10920. URL: http://e-notabene.ru/lr/article_10920.html
38.
Rozin V.M.. Stanovlenie antichnogo myshleniya: (metodologicheskie, fenomenologicheskie, tekhnologicheskie i institutsional'nye aspekty) // Filosofiya i kul'tura. – 2014. – № 3. – S. 104-107. DOI: 10.7256/1999-2793.2014.3.9638
39.
T. A. Galkina. Armyanskie vpechatleniya: kul'turologicheskoe esse // Kul'tura i iskusstvo. – 2012. – № 4. – S. 104-107.
40.
I. V. Grigoryan. Vneshnyaya politika Turtsii v otnoshenii gosudarstv Yuzhnogo Kavkaza: novye vyzovy i ugrozy natsional'noi bezopasnosti // Natsional'naya bezopasnost' / nota bene. – 2012. – № 3. – S. 104-107.
41.
G. A. Shmavonyan. Struktura sudebnoi vlasti i sistema konstitutsionnoi yurisdiktsii v Armenii. // Pravo i politika. – 2000. – № 3.
42.
Dilbandyan S.A.. Uchastie zashchitnika po delam nesovershennoletnikh v ugolovnom protsesse Rossii i Armenii // Administrativnoe i munitsipal'noe pravo. – 2011. – № 5. – S. 104-107.
43.
S.G. Sukiasyan. Izuchenie gendernykh problem v Armenii. // Psikhologiya i Psikhotekhnika. – 2009. – № 1.
44.
L.G. Chikhladze. Sootnoshenie mestnogo samoupravleniya i mestnogo upravleniya v munitsipal'nom zakonodatel'stve respubliki Armeniya: sravnitel'no-pravovoi analiz. Chast' vtoraya. Okonchanie // Politika i Obshchestvo. – 2007. – № 10.
45.
L.T. Chikhladze. Sootnoshenie mestnogo samoupravleniya i mestnogo upravleniya v munitsipal'nom zakonodatel'stve Respubliki Armeniya: sravnitel'no-pravovoi analiz.Chast' 1. // Politika i Obshchestvo. – 2007. – № 9.
46.
V.M. Manukyan. Osobennosti mestnoi vlasti v sovetskoi Armenii. // Politika i Obshchestvo. – 2005. – № 11.
47.
E.A. Lashchenova. «Russkii mir» v Armenii. // Politika i Obshchestvo. – 2005. – № 6
Ссылка на эту статью

Просто выделите и скопируйте ссылку на эту статью в буфер обмена. Вы можете также попробовать найти похожие статьи


Другие сайты издательства:
Официальный сайт издательства NotaBene / Aurora Group s.r.o.
Сайт исторического журнала "History Illustrated"