Философская мысль - рубрика Эстетика
по
Философская мысль
12+
Меню журнала
> Архив номеров > Рубрики > О журнале > Авторы > О журнале > Требования к статьям > Редакционный совет > Редакция журнала > Порядок рецензирования статей > Политика издания > Ретракция статей > Этические принципы > Политика открытого доступа > Оплата за публикации в открытом доступе > Online First Pre-Publication > Политика авторских прав и лицензий > Политика цифрового хранения публикации > Политика идентификации статей > Политика проверки на плагиат
Журналы индексируются
Реквизиты журнала

ГЛАВНАЯ > Журнал "Философская мысль" > Рубрика "Эстетика"
Эстетика
Спиваков М.В. - Происхождение видимости. Мари-Жозе Мондзен и Андре Леруа-Гуран о становлении изображения, речи и желания c. 1-9

DOI:
10.25136/2409-8728.2020.7.33197

Аннотация: В статье рассматриваются элементы философии изображения Мари-Жозе Мондзен в свете проблемы отношения изображения, желания и речи. Хотя основным предметом исследований Мари-Жозе Мондзен является иконический образ и связь патристической концепции изображения с современными техническими режимами его производства и циркуляции, в ряде работ Мондзен обращается от анализа иконического образа к исследованию феномена наскального изображения, анализируя взаимосвязь и различие способности к производству и зрелищу изображения и речи. В этих работах, отталкиваясь от палеоантропологической теории Андре Леруа-Гурана, Мондзен анализирует процесс производства и зрелища наскального изображения в качестве события, определяющего движение антропогенеза и формирующего человека как «желающего и говорящего зрителя».   Философия изображения Мари-Жозе Мондзен как правило анализируется в контексте построений современной французской феноменологии и ее «теологического поворота». Вместе с тем синтетический по своей природе проект Мондзен уклоняется от однозначной аффилиации с той или иной философской традицией. В статье элементы философии изображения Мари-Жозе Мондзен рассматриваются не только в контексте палеоантропологической теории Леруа-Гурана, но и ряда положений философии Жака Деррида и Жана-Франсуа Лиотара, генетически связанных с феноменологической традицией проектов, но по-своему преодолевающих ее в своем становлении. Рассмотренные в таком контексте исследования Мари-Жозе Мондзен позволяют прояснить значение невидимости, пустоты в структуре изображения, отношение изображения к речевому и видимому знаку, и трансформацию желания в процессе производства и зрелища изображения.
Узарашвили Л.М. - Понятие пластичности в философии К. Малабу: принимать, придавать и разрушать форму. c. 1-10

DOI:
10.25136/2409-8728.2021.2.35061

Аннотация: Объектом исследования является понятие пластичности. В качестве предмета исследования выбрано понятие пластичности, предложенное французским философом К. Малабу. Автор предлагает рассмотреть генеалогию понятия пластичности, включающую в себя разработки античных философов, И. В. Ф. Гёте и Г. В. Ф. Гегеля. Гегелевское понимание пластичности получило развитие в философии К. Малабу, которая использует его подход для построения своей системы. Автор рассматривает несколько видов пластичности, предлагаемых К. Малабу, в числе которых нейропластичность и деструктивная пластичность. Особое внимание в статье уделяется различиям между понятиями «пластичность» и «гибкость». Научная новизна исследования состоит в рассмотрении автором новейших подходов к осмыслению связи философии и биологии в области представлений о человеке. Автор подчеркивает, что пластичность — это современная материалистическая парадигма для осмысления человеческого с позиций актуального на сегодняшний день философского направления постгуманизма. Таким образом, в статье сформулированы следующие выводы: благодаря пластичности мы понимаем, что ничего в мире не может быть один раз и навсегда заданным; пластичность обладает большими герменевтическими возможностями ввиду своей собственной пластичности и изменчивости; пластичность является продуктивным способом постгуманстического мышления о человеке ввиду её антиэссенциалистской направленности.
Дай Ч. - Философско-эстетическая рефлексия в Китае в XX веке: Ван Говэй и Цзун Бэйхуа c. 15-29

DOI:
10.25136/2409-8728.2020.12.34614

Аннотация: Статья посвящена изучению философско-эстетической рефлексии в Китае в XX веке и влияния европейской эстетики на развитие и трансформацию традиционной китайской эстетики. Для выполнения этой задачи применяется метод историко-культурного исследования в сочетании с элементами структурного анализа эстетического текста современных китайских философов.В ХХ веке ряд китайских мыслителей попытались реформировать традиционную китайскую эстетику, дополняя ее точкой зрения европейской философии. В данной статье были изучены наиболее важные эстетические мышления современных китайских философов Ван Говэя и Цзун Бэйхуа и было выявлено влияние европейской философии на них. Научная новизна работы обусловлена анализом влияния концепций европейской эстетики на саморефлексию и развитие китайской эстетики в контексте интеркультурной проблематики. Было показано, что китайская современная эстетика во многом сохраняет связь с традицией, что определяет его специфику и придаёт ему особую смысловую символику. В результате исследования сделаны выводы, что в ХХ веке китайские мыслители стремились дополнить существовавшую традиционную китайскую рефлексию об искусстве, в большей степени базирующуюся на идеях Даосизма и Буддизма, тем, что можно определить как западную точку зрения, ассоциирующуюся с научным подходом и научной интерпретацией. Другое направление в сфере гуманитарного осмысления феномена искусства было связано с попытками интерпретации европейской эстетической мысли с точки зрения китайской традиционной философии. Философ Ван Говэй попытался включить европейскую эстетику в научную проблематику Китая. Мыслитель Цзун Бэйхуа стремился соединить китайские и европейские эстетические теории и создать то, что им мыслилось как современная китайская эстетика.
Кирьянов Д.А. - Проблема несоизмеримости и кризис оснований древнегреческой математики c. 54-65

DOI:
10.25136/2409-8728.2021.9.36464

Аннотация: Предметом исследования является проблема несоизмеримости и кризис оснований древнегреческой математики.В статье описывается, что исследуемый кризис оснований был вызван открытием пифагорейцем Гиппасом из Метапонта иррациональности, что вызвало теоретическую нестабильность математики пифагорейцев, которые считали, что все можно выразить числом.Открытие несоизмеримых отрезков показывало, что с помощью отношений между рациональными числами, невозможно выражение любой величины. Например, с помощью этих чисел невозможно выразить диагональ квадрата со стороной равной единице.Автор подробно рассматривает достижения школы пифагорейцев в области математики, уделяя особое внимание тому, какую роль в философии данной школы отводили числу. Рассматриваются основные пути выхода из сложившегося кризиса, философское объяснение создавшейся ситуации, на основе которого пифагорейцами формулируются методологические пути выхода из обнаруженной проблемы несоизмеримости.   Основным выводом проведенного исследования является то, что пифагорейцы активно дорабатывали свою философию и математический аппарат, пытаясь выработать ответ на открытие несоизмеримости.Основным вкладом автора в исследование темы является вывод о том, что для пифагорейцев открытие иррациональности не являлось критичным: они продолжали постепенно вырабатывать ответ на проблему несоизмеримости и доработали математическую теорию пропорций, переосмыслили представление бесконечности как определенной числовой характеристики вещей и процессов. Впервые выдвигается мысль о возможности разложения объекта на бесконечно большое число бесконечно малых частей, что сейчас мы понимаем под пределом функции, развивают и применяют диалектику.Рассмотренная в данной статье проблема несоизмеримости привела к созданию новых, сложных теорий в истории науки, культуре, архитектуре и искусстве.
Пырова Т.Л. - «Art is method»: теория и практика Новой черной эстетики c. 60-67

DOI:
10.25136/2409-8728.2018.2.25001

Аннотация: Данная статья посвящена рассмотрению направления Новая черная эстетика (New Black Aesthetic) и выявлению его основных особенностей. Новая черная эстетика зарождается в 1960-х гг. в Америке как ответ афроамериканского населения на властный дискурс белой культуры. Возникнув как часть движения «Нация ислама», новая черная эстетика бысто трансфоримровалась в самостоятельное художественное течение, осмысляющее себя при помощи специфичного набора категорий. Отправной точкой концептуализации эстетической практики в рамках рассматриваемого направления является убеждение в том, что результатом искусства должно быть изменение общественной жизни. Это сближает новую черную эстетику с философскими позициями прагматизма и неопрагматизма. В статье также отдельно рассматривается проблематика субверсивного отношения к новой черной эстетике изнутри афроамериканского сообщества, сконцентрированного в понятии «культурный мулат». Автор обращается к корпусу мультимодальных материалов указанного эстетического направления, используя визуально-семиотический, контент и историко-компаративистский анализы. В научный оборот российских эстетических исследований автором вводится описание одного из значимых эстетических проектов XX века - Новой черной эстетики (NBA). Описывается социально-политический и исторический контекст формирования данного эстетического направления, его основные особенности, а также влияние на современные культурные течения.
Кудаев А.Е. - Эстетическое «мирочувствие» Николая Бердяева: истоки и подходы к философии красоты c. 61-87

DOI:
10.25136/2409-8728.2020.5.32356

Аннотация: В статье анализируются истоки одной из центральных проблем философско-эстетической мысли Бердяева – философии красоты. Показывается важность феномена красоты как для формирования его собственно эстетической концепции, так и мировоззрения в целом. Выявляются основные источники, определившие его повышенный интерес к феномену красоты и повлиявшие на особенности решения данной проблемы. Учитывая определяющий характер личностного, эмоционально-чувственного отношения Бердяева к окружающей красоте, главное внимание уделяется раскрытию данного источника, как наиболее важного для понимания всей последующей эволюции его философско-эстетической мысли в целом, так и формирования философии красоты в частности. В связи с этим рассматривается ряд жизненных обстоятельств, оказавших в своей совокупности определяющее влияние на его эстетическое развитие, которое в итоге приведет к тому, что эстетическая составляющая станет едва ли не определяющей в его мировоззрении, а красота превратится в универсальный критерий оценки самых различных явлений. Исследование носит комплексный характер, находясь на стыке эстетики, философии, культурологии, биографического жанра, что определило применяемую комплексную историко-философскую и философско-культурологическую методологию. Статья является первой в отечественной литературе попыткой исследования и реконструкции истоков его эстетического развития. Выявляются основные источники, определившие его повышенный интерес к феномену красоты. Раскрывается ключевая роль проблематики красоты не только в формировании его собственно эстетической концепции, но и философской мысли в целом. Впервые подробно анализируется один из основных источников его эстетических взглядов, кардинальным образом повлиявший на развитие его философии красоты
Фокеева М.П. - Возвышенное в эстетике травмы c. 68-73

DOI:
10.25136/2409-8728.2020.3.32311

Аннотация: Предметом анализа данной статьи является понятие возвышенного. Автор рассматривает какие трансформации переживала эстетическая теория возвышенного с XVIII века. Возвышенное в контексте эстетики травмы является особой формой эстетического опыта, который возникает в столкновении с травматическим опытом истории, где основным сопутствующим аффектом является ужас. Формы возвышенного, связанные со столкновением с исторической травмой, по силе своего воздействия неизмеримы по той причине, что масштабы катастрофы не могут быть подвергнуты рациональной оценке, а переживание исторического насилия дискредитирует возможность субъективной повседневности. Методология данного исследования в первую очередь строится на философско-эстетическом подходе, который основывается на анализе понятий возвышенного и негативного возвышенного. Автор приходит к выводам, что возвышенное в ХХ веке переживает кризис, связанный с переосмыслением модернистских ценностей. Однако дисциплина, связанная с эстетическим переосмыслением травматический событий истории, — эстетика травмы, реабилитирует понятие возвышенного, так как репрезентация травматического посредством обращению к возвышенному дает возможность осмыслить травматический опыт и пережить его.
Фетисова Е.Э. - О латентном существовании «парижской ноты»: «Ковчег» c. 75-85

DOI:
10.7256/2409-8728.2017.1.21765

Аннотация: Предметом исследования является феномен «русского Ренессанса» как малоизученная культурная парадигма ХХ века, его история и его философское ядро - «парижская нота». Данная статья иллюстрирует на отдельных примерах отличительные черты «парижской ноты» и близких ей по мироощущению поэтов. Анализируется фундамент «парижской ноты», концепция, поэзия символизма, неоклассицизма и акмеизма. Рассматривается также «синхронно-реминисцентный хронотоп», благодаря которому создается жанровая полифония и «монолог на полифонической основе». Для раскрытия содержания неоакмеизма как художественного направления ХХ века привлечены особенности его функционирования во внешней коммуникации с символизмом, перешедшим в 1934 г. в свою латентную фазу, и неоклассицизмом. Сопоставительный анализ и метод семиотической реконструкции поэтического текста служат ключом к пониманию внутренней структуры неоакмеистической культурной парадигмы. Неокмеизм в эмиграции («младоакмеизм») продолжил миссию символизма: «двоемирие», концепт мира как «эстетического феномена» он трансформирует в принцип мистического энергетизма, постигая мир ноуменальный через «мистическое озарение». Эмигрантский неоакмеизм раскрывается как синтез элементов модернизма и реализма: в его поэзии соединяются мистические миры, дихотомия «реального-ирреального», символистская «теория соответствий», и ясность, историческая конкретика, унаследованные от реализма. Делается вывод о том, что неоакмеизм («русский Ренессанс») содержит в своей структуре некий объединяющий ментальный код русской культуры, который связывает внешне различных поэтов в рамках единого литературного течения. Данный путь рассмотрения неоакмеизма как непрерывной парадигмы постсимволистского, традиционалистского творчества, как одной из значимых линий литературного развития, соединяющей в себе опыт метрополии и зарубежья, способствует выявлению внутренней целостности русской литературы, развивающейся в диалоге разных художественных систем (символизма, акмеизма, неоклассицизма).
Липов А.Н. - О «несоизмеримых сущностях» в философии пифагорейцев. К философским основаниям иррациональных пропорций в науке и культуре c. 93-110

DOI:
10.25136/2409-8728.2018.11.26855

Аннотация: Предметом исследования являются философские основания, предопределившие открытие доказательства существования несоизмеримых или иррациональных величин в философии пифагорейцев в то время, когда само понятие иррациональности было анафемой для тех, кто полагал, что числа были рациональными сущностями, лежащими в основе Мироздания. Вследствие этого как физические, так и культурно-эстетические закономерности оказалось возможным выразить сходными между собой математическими рядами и геометрическими пропорциями, предопределившими методы расчета гармонических структур, непрерывных пропорций или предельных величин – первых посылов в здание античного учения о формообразовании. На основе междисциплинарного анализа и сравнительного метода исследования в статье анализируется история открытия феномена несоизмеримости и иррациональности, делается вывод о том, что уже во времена Пифагора это открытие привело к необходимости существенного преобразования всей ткани элементарной геометрии в ожидании построения общей теории пропорций, вызвав первый в истории науки кризис античной философии и математики. В статье также обосновывается и прослеживается открытая пифагорейцами связь иррациональных пропорций с иррациональной математической константой «золотого сечения», лежащей в основе архитектурных пропорций в истории культуры,воплощающейся и выражающейся в различных закономерностях и сферах человеческого бытия – науке, культуре, архитектуре, искусстве. К основным выводам исследования можно отнести вывод и гипотезу автора о том, что универсальность иррациональности величин «золотой пропорции» и их широкое распространение в различных природных и культурных закономерностях и поныне стимулируют поиски значений, которые объединяли бы их в некую общую теорию, обобщающую и выражающую структуру мировых констант.
Коптелова Т.И. - Музыкальная эстетика XXI века в парадигме органической философии c. 101-114

DOI:
10.25136/2409-8728.2017.9.23635

Аннотация: В статье рассматриваются различные музыкальные эстетические парадигмы. Анализируются возможные направления развития музыкальной эстетики в XXI в. Музыкальное творчество исследуется с позиции парадигмы органической философии. Рассматривается проблема влияния эстетических идеалов авангардной музыки XX в. на современное музыкальное искусство. Исследуется эстетика песенной формы. Рассматривается возможность «неоклассического синтеза» - создания в современной музыкальной эстетике представления о новой классике, продолжающей традиции XVII-XIX вв., сохраняющую песенную форму как выражение национального характера и изначальной цельности искусств (музыки, поэзии, танца). Вместе с тем в данной работе рассматриваются проблемы духовного кризиса современности, отражённые в эстетических идеалах музыки. При анализе современной музыкальной эстетики используется методология органической философии (её особая феноменология и герменевтика), а также типологический и сравнительный анализ, метод синтеза и историко-философской реконструкции. Метод историко-философской реконструкции позволяет ставить вопрос о музыкальной эстетике как феномене через обращение к историческому развитию её интерпретаций в качестве явлений культуры. Сравнительный анализ помогает сопоставить различные эстетико-музыкальные парадигмы. Феноменологические методы в рамках органической философии не только дают возможность уяснить идеальную сущность музыкальной эстетики, но и включить её в контекст национальных и общечеловеческих традиций. Герменевтическая методология позволяет раскрыть индивидуальные интерпретации музыкального творчества, представленные отдельными композиторами, философами, культурологами. Научная новизна исследования заключается в рассмотрении музыкальной эстетики XXI в. сквозь призму органической философии. Парадигма органической философии позволяет с очевидностью осознать необходимость творчества как неотъемлемой части человеческого существования и удивительного феномена, без которого невозможна жизнь будущих поколений. В этой связи органическая философия раскрывает детерминацию будущего и позволяет рассматривать четвёртое измерение музыкальной эстетики, сопряжённое со всей палитрой человеческих чувств, с общеродовым, врождённым, свойством духовных потребностей, а также индивидуальной их реализацией.
Деменёв Д.Н. - Взаимодействие «вкуса», «меры» и «гармонии» в произведениях живописи. c. 109-139

DOI:
10.7256/2306-0174.2014.8.13400

Аннотация: Основным вопросом, рассматриваемым в статье, является вопрос о взаимодействии в произведениях живописи трёх структурных компонентов: вкуса, меры и гармонии. Выстраивая структуру художественного произведения на основе данной триады, автор обосновывает, что художественный вкус есть не просто эстетическая категория, а такой активный структурный компонент художественного творчества, который, будучи присущ изначально его носителю-художнику, впоследствии обнаруживает себя в законченном художественном произведении. Этот структурный компонент, наряду с «мерой» и «гармонией» является, по мнению автора, одним из главных (основных) формообразующих структурных компонентов художественного произведения. В конце исследования, автор неожиданно приходит к выводу о схожести функционального назначения меры и вкуса, но разводит эти категории путём выявления природы их функционирования. Методологической базой данного исследования является метод структурно-функционального анализа; диалектический метод; метод герменевтической редукции; метод интеллектуальной спекуляции, а также общенаучные (общелогические) методы: анализ, синтез, индукция, дедукция, аналогия, моделирование. В результате проведённого исследования, автор приходит к следующим выводам: 1. Великая догадка И. Канта о социальной подоплёке антиномий, остаётся актуальной проблемой и сегодня.2. В художественно-творческом процессе, художник, создавая художественное произведение, имеет дело не с суждениями вкуса, а с воплощением своих вкусовых суждений в художественном произведении. А заключения о приемлемости и применимости того или иного вкусового предпочтения (т.е. суждения) для конкретного произведения в отдельности, выносит разум художника.3. Единство художественного произведения, утверждается триадой: в первую очередь – созданностью художественного произведения, затем наглядностью и ощущаемостью. Данная триада, которая является эстетической установкой автора, в свою очередь, раскрывается через следующую триаду - триаду структурных характеристик произведения искусства: меру, гармонию, вкус.4. Мера и вкус, есть в большей степени субъективные структурные компоненты, тогда как гармония, появившись на свет в результате слияния первых двух, является объективным образованием.5. В результате наличия у искусства функции не только эстетической, но и психологической, содержательной, коммуникативной и, шире – мировоззренческой – дисгармонию как художественно-композиционный приём, вполне обосновано возможно поставить в один ряд с гармонией. 6. Мера будет нужна до тех пор, пока будут создаваться оригинальные, то есть творческие произведения живописи, которые, в свою очередь, будут зависеть от новизны контекста.
Фетисова Е.Э. - Неоакмеизм И. Бродского: композиция мистерии «шествие» c. 109-117

DOI:
10.7256/2409-8728.2017.2.21763

Аннотация: В статье выявляется романтическая эстетика неоакмеизма как одного из главных литературных направлений ХХ века, его концепция, специфическая мифология, выстраивающая, в свою очередь, поэтическую миромодель. Анализируется мировоззрение, поэтический мир поколения «шестидесятников», пространственно-временной континуум, его координаты, художественное пространство и время рассматриваются как особый эстетический и вербальный феномен; вводится понятие синхронно-реминисцентного хронотопа, смещенного относительно границ реального пространства и времени, благодаря чему в мифологии создается «монолог на полифонической основе». В преломлении к неоакмеистической парадигме рассматривается творчество И. Бродского - поэтика, хронотоп, композиция практически неисследованной поэмы-мистерии «Шествие». В центре сопоставительного подхода - подобие выразительных средств и авторской стилистики - от литературоведческих приемов, общих фраз, цитат, аллюзий вплоть до общности авторской концепции лирического сюжета, художественного пространства и времени - синхронно-реминисцентного хронотопа - сходным образом представленного в мистерии «Шествие», «Поэме без героя» А. Ахматовой, «Божественной комедии» Данте, античных трагедиях, пьесах Г. Ибсена и А. Стриндберга. Сопоставительный анализ и метод семиотической реконструкции, дополняя друг друга, способствуют детальной расшифровке поэтического текста. Новизна работы заключается в том, что творчество И. Бродского – ученика А. Ахматовой - подвергается всесторонней интерпретации, рассматривается в свете действия механизма культурной памяти, авторской мифологии - как синтез формы и содержания. Анализируются особенности функционирования неоакмеизма во внешней коммуникации с традиционным акмеизмом, дифференцируются литературные группировки и хронологические рамки «нового акмеизма», выявляются онтологические доминанты в творчестве «эзотерического круга» неоакмеистов-«шестидесятников». Этот метод тем более важен, что позволяет реконструировать феномен «шестидесятничества», составляющий онтологическое ядро неоакмеизма как непрерывной линии постсимволистского, традиционалистского творчества. Определяются жанровые инновации, прослеживается специфика межкультурной коммуникации традиционного и «ренессансного акмеизма». Мистерия И. Бродского – это причудливый синтез античной драмы (пролог, монолог, эпилог, интермедия), средневековой мистерии (жанр «романса», куртуазная тональность) и итальянской комедии «dell’arte». В работе убедительно показывается, что поэзия А. Ахматовой и «околоахматовского круга» (А. Наймана, Д. Бобышева, Е. Рейна) явилась смысловым и программно-комментирующим центром «семантической поэтики», определив дальнейшую эволюцию неоакмеизма как диалогической системы, масштабной философско-культурной парадигмы, развертывание которой пришлось на весь ХХ век и начало ХХI века.
Другие сайты издательства:
Официальный сайт издательства NotaBene / Aurora Group s.r.o.
Сайт исторического журнала "History Illustrated"