Статья 'Образ цифрового будущего общества через призму пандемии' - журнал 'Философская мысль' - NotaBene.ru
по
Меню журнала
> Архив номеров > Рубрики > О журнале > Авторы > О журнале > Требования к статьям > Редакционный совет > Редакция журнала > Порядок рецензирования статей > Политика издания > Ретракция статей > Этические принципы > Политика открытого доступа > Оплата за публикации в открытом доступе > Online First Pre-Publication > Политика авторских прав и лицензий > Политика цифрового хранения публикации > Политика идентификации статей > Политика проверки на плагиат
Журналы индексируются
Реквизиты журнала

ГЛАВНАЯ > Вернуться к содержанию
Философская мысль
Правильная ссылка на статью:

Образ цифрового будущего общества через призму пандемии

Быльева Дарья Сергеевна

кандидат политических наук

доцент кафедры общественных наук Санкт-Петербургского политехнического университета Петра Великого

195251, Россия, г. Санкт-Петербург, ул. Политехническая, 29

Bylieva Daria Sergeevna

PhD in Politics

Docent, the department of Social Sciences, Peter the Great St. Petersburg Polytechnic University

195251, Russia, g. Saint Petersburg, ul. Politekhnicheskaya, 29

newneverland@mail.ru
Лобатюк Виктория Валерьевна

кандидат социологических наук

доцент кафедры общественных наук Санкт-Петербургского политехнического университета Петра Великого

195251, Россия, г. Санкт-Петербург, ул. Политехническая, 29

Lobatyuk Victoria Valerevna

PhD in Sociology

Docent, the department of Social Sciences, Peter the Great St. Petersburg Polytechnic University

195251, Russia, g. Saint Petersburg, ul. Politekhnicheskaya, 29

vlobatyuk@yandex.ru

DOI:

10.25136/2409-8728.2021.2.35169

Дата направления статьи в редакцию:

28-02-2021


Дата публикации:

07-03-2021


Аннотация: Пандемия Covid19 оказалась вызовом, вынудившим цивилизацию продемонстрировать насколько современные технологии способны защитить биологическую уязвимость человека. Рассматриваемые авторами как основной объект исследования, цифровые технологии взяли на себя огромную нагрузку поддержания общественных связей и процессов. Произведенный в статье анализ социальных процессов и кейсов позволил выявить главные тенденции, возможности и опасности. Угроза существованию во много раз ускорила процесс цифровизации, практически не оставив вариантов для несогласных, вынудила расширить применение имеющихся информационно-коммуникативных технологий, ускорить создание новых. Постоянное присутствие в сети становится абсолютной психологической и во многих случаях объективной необходимостью. Для многих организаций выбор был между прекращением существованием или переходом в цифровую среду. Человечество в значительной степени оказалось подготовлено к «цифровизации» своего существования с точки зрения технологических решений, и гораздо в меньшей степени с точки зрения психологической и социальной. В статье выявлены три основные функции информационно-коммуникативных технологий, объединивших людей во время пандемии: информирование/инфодемия, цифровизация деятельности и контроль. Информационно-коммуникативные технологии задают повестку дня, дают возможность человеку работать, учиться, развлекаться, общаться. Физические связи между людьми подменяются цифровыми. Информация, циркулирующая в системе, может как способствовать слаженному взаимодействию людей, так и отравлять и поражать наиболее уязвимые части общества. Разнообразные цифровые решения от централизованного тотального контроля до саморегуляции на основе мобильного информирования, принятые в разных странах для контроля и профилактики распространения вируса, демонстрируют варианты возможного управления нарождающейся биоинформационной системой.


Ключевые слова: Covid19, цифровизация, пандемия, короновирус, информационно-коммуникативные технологии, цифровой контроль, биоинформационная система, информация, технологии, инфодемия

Abstract: The Covid19 pandemic turned out to be a challenge that forced civilization to demonstrate how modern technologies are able to protect human biological vulnerability. Considered by the authors as the main object of research, digital technologies have taken on a huge burden of maintaining public relations and processes. The analysis of social processes and cases made in the article revealed the main trends, opportunities and dangers. The threat to existence has accelerated the process of digitalization many times, leaving virtually no options for dissenters, forced to expand the use of existing information and communication technologies, accelerate the creation of new ones. Constant presence on the web becomes an absolute psychological and in many cases an objective necessity. For many organizations, the choice was between ceasing to exist or going digital. Humanity has largely been prepared for the "digitalization" of its existence from the point of view of technological solutions, and to a much lesser extent from the point of view of psychological and social. The article identifies three main functions of information and communication technologies that united people during the pandemic: information/infodemia, digitalization of activities and control. Information and communication technologies set the agenda, enable a person to work, study, have fun, and communicate. Physical connections between people are being replaced by digital ones. The information circulating in the system can both contribute to the harmonious interaction of people, and poison and infect the most vulnerable parts of society. A variety of digital solutions from centralized total control to self-regulation based on mobile information, adopted in different countries to control and prevent the spread of the virus, demonstrate options for possible management of the emerging bioinformatic system.



Keywords:

technologies, information, digital control, bioinformatics system, information and communication technologies, coronovirus, pandemic, digitalization, Covid19, infodemia

XXI век характеризуется цифровизацией, затрагивающей все сферы жизни человека [6-8]; [12]. Пандемия короновируса оказалась вызовом, вынудившим человечество показать, насколько современные технологические решения способны противостоять традиционным биологическим угрозам. Итальянский философ Рокко Рончи отмечает, что вирус напомнил человеку, что он «смертен, конечен, случаен, онтологически несовершенны [30]. Многообразные новейшие технологии применялись в борьбе с вирусом: дроны распыляли антесептик, робот-собака следил за соблюдением социальной дистанции в парке, «искусственный интеллект» диагностировал поражение легких, автоматизированные будки обеззараживали пассажиров авиалиний и т.п., именно информационно-коммуникативные технологии сделали возможным более или менее нормальное существование в период изоляции. Австрийский философ техники Марк Кекельберг пишет, что наша жизнь сейчас буквально зависит от цифровизации [23; 24]. С другой сторона пандемия может рассматриваться как глобальный вынужденный эксперимент, демонстрирующий варианты возможного цифрового будущего.

Можно выявить три основные роли информационно-коммуникативных технологий в период пандемии Covid19, вынудившей максимально сократить физические контакты:

1 информирование («инфодемия»)

2 цифровизация деятельности

3 контроль

1. Для России влияние информационно-коммуникативных технологий во время пандемии началось с информирования об эпидемии, начавшейся в Китае в начале 2020 года. По мере усиления и расширения ореола поражения вместо отдельных новостей появились централизованные информационные сайты. Показатели количества заболевших и умерших отображались на картах, нарастающие числа транслировались на главных страницах поисковиков и других ключевых сайтах посещения, наряду с курсом валют и температурой воздуха По мере распространения вируса, ограничения передвижения - информационные карты и специальные приложения стали отражать новые показатели: активность в городах мира, карты с местами проживания или посещения диагностированным заболеванием и т.д.

Слежение за изменениями чисел стало ежедневной активностью. Большая часть новостей была посвящена догадкам, гипотезам, мнениям, прогнозами, моделями, фактам, связанным с пандемией, которые в свою очередь дополняясь домыслами, фейками, советами «из первых рук» и распространялись по социальным сетям и мессенджерам. Невозможно было, пользуясь ИКТ, не попаcть в информационный поток, посвященный Covid19. Так как тема затрагивала базовые ценности самосохранения, а никаких возможностей действовать не было, то вся взбудораженность людского сознания уходила на обсуждения и ретрансляцию тех или иных идей. В том числе в информационном поле появлялась информация, поддерживающая разнообразные конспирологические теории, выявляющих как ответственных за появление вируса, так и его цели. Это могли быть как откровенные фейки, так и представление мнения конкретных лиц. В. В. Чеклецов видит в этом обострение образов коллективного бессознательного, выражающихся в связи Соvid19 с «тайными планами» «массового чипирования населения», «влияния на мозг и состояние здоровья сетей 5G» и т.д. [18]. Более скрыто, чаще всего минуя официальные каналы, через мессенджеры, емайлы, социальные сети распространялись «проверенные на опыте» рецепты спасения от болезни (например, «Первый британский мужчина с диагнозом коронавирус утверждает, что употребление горячего виски с медом помогло ему преодолеть болезнь….» ). При этом отношение к официальной информации о пандемии в России является крайне скептической – 47% ей не доверяет по данным Фонда общественного мнения [9].

Вопрос о том, нужно ли и как бороться с слухами, создающими панику, по разному решался разных странах. Западные страны разрабатывали алгоритмы, способные распознавать и помечать ложную информацию, а также создавать инструменты индивидуального анализа текстов. В Юго­Восточной и Южной Азии (Тайланд, Сингапур, Филиппины, Шри­Ланка, Бангладеш) была введена юридическая ответственность. В Китае существующая система цензуры социальных сетей была обращена против недостоверной медицинской информации и сомнений в компетентности китайских властей [29]. В России к существующей административной ответственности за распространении «недостоверной информации под видом достоверной» с февраля 2020 добавилась необычная мера – видеозаписи извинений распространителей фейковых сообщений размещались на сайте Министерства внутренних дел РФ, а с апреля появилась уголовная ответственность за «публичное распространение заведомо ложной информации об обстоятельствах, представляющих угрозу жизни и безопасности граждан». Чаще всего последняя мера применялась в отношении слухов, о том, что власти скрывают информацию об эпидемии и ее последствиях [1].

Можно сравнить циркулирующую в сети информацию с объединяющей «кровеносной системой», способной как способствовать слаженному взаимодействию людей, так и отравлять и поражать наиболее уязвимые части общества.

2. Открывшаяся пугающей данностью уязвимость человека как существа биологического, вызвала технологический ответ, стремящийся уменьшить эту уязвимость. Оказалось, что существующие информационно-коммуникативные технологии способны заменить личное взаимодействие в огромной части человеческой деятельности по всему миру. Человечество в значительной степени оказалось подготовлено к «цифровизации» своего существования с точки зрения технологических решений, и гораздо в меньшей степени с точки зрения психологической и социальной. Однако подобная вынужденная репетиция ускорила существующие в обществе тенденции цифровизации. Переход к широкому использованию информационно-коммуникативных технологий в разнообразных сферах деятельности прежде всего в виде коммуникативных платформ и приложений, механизмов организации совместной работы и связи с потребителями, в обычных условиях потребовавший бы много лет, произошел в считанные недели. При этом ситуация перед лицом смертельной опасности не позволяла выражать публичное несогласие с активной цифровизацией. В индивидуальном плане каждый имел возможность выбора – действовать онлайн или не действовать вовсе. Для многих организаций это оказалось выбором между прекращением существованием или деятельностью в цифровой среде. Немногие из тех, кто имел возможность выбора и предпочел отложить активность на более поздний срок, сумели реализовать свои планы в период между двумя волнами пандемии. Шанс переждать не меняясь оказался призрачным, вторая волна пандемии вынудила даже располагавших временем для реализации своих планов, продвинуться в сторону цифровизации.

Для многих цифровизация в пандемию была реализована по методу «бросить на глубину – пусть научится плавать». Однако так как некий опыт «плавания» у большинства имелся, адаптация прошла более или менее успешно. Более того, лишенные возможности возражать и критиковать, некоторые стали находить положительные черты в новой форме «виртуального» существования, и как минимум развили и закрепили новые цифровые навыки.

Уже существовавшие технологии и платформы закономерно взяли на себя во время пандемии дополнительную нагрузку и расширили область применения и количество участников. Например, портал Госуслуг, которому в 2020 году исполнилось 11 лет, но наибольшего развития и популярности у граждан Российской Федерации он достиг именно за последний год [19]. За 2020 год граждане заказали на Госуслугах 228 млн. услуг, при это портал насчитывает 126 млн. зарегистрированных пользователей, из которых 24 млн. присоединились только в этом году. После закрытия границ многие российские туристы остались за рубежом. Авиакомпании организовали специальные рейсы для тех, кто хотел вернуться в Россию. Регистрация на рейсы проходила онлайн — Госуслуги обработали 73 тысячи таких заявлений. Также были оперативно запущены два приложения для помощи во время пандемии — «Госуслуги СТОП Коронавирус» и «Госуслуги.COVID трекер». В пандемию граждане, потерявшие работу, смогли подать заявление и онлайн встать на учет в центр занятости для получения пособий. В цифровом виде теперь можно получить и выписку из трудовой книжки. 20 тысяч студентов смогли подать документы на поступление в вуз на Госуслугах, без поездки в другой город. Также новыми госуслугами в электронной форме, появившимися в период пандемии стало автоматическое продление инвалидности, дистанционная регистрация смертей и рождений. Если в начале апреля на московском портале «Мои документы» можно было получить только одну услугу — регистрацию смерти, то к началу мая уже были доступны 90 цифровых услуг. Но не обошлось без перегузок системы. После выступления 11 мая президента Российской Федерации Владимира Владимировича Путина с объявлением о выплатах на детей портал Госуслуг не справился с нагрузкой и стал временно недоступен. Одновременно к сервису решили обратиться сотни тысяч граждан: за 20 часов работы направлено более 2 млн. электронных заявлений. Нагрузка в 10 раз превысила средние показатели за апрель. 12 мая на портал обратились 17 млн. человек. В среднем аудитория портала Госуслуг за время карантина увеличилась в три раза, с 3 млн. посетителей в сутки до почти 9 млн.

Среди наиболее подготовленных областей оказалось высшее образование. К середине апреля 2020 года 191 страна объявила о приостановлении обучения в школах и университетах, что затронуло в общей сложности не менее 1,57 миллиарда студентов. Многие образовательные учреждения начали проводить обучение онлайн во избежание нарушения образовательных процессов карантинными мерами. Почему же тогда данная сфера пострадала наименее? Рассмотрим на примере российских вузов. Естественно, что не все университеты были вовлечены в цифровизацию одинаково. Так лидеры в этой области перешли практически в течение двух недель на дистанционный формат, имея уже готовые учебные материалы и он-лайн курсы. Но все российские вузы получили бесплатный доступ к Национальной образовательной платформе «Открытое образование». «Открытое образование» это современная образовательная платформа, предлагающая онлайн-курсы по базовым дисциплинам, изучаемым в российских университетах. Платформа создана Ассоциацией «Национальная платформа открытого образования», учрежденной ведущими университетами - МГУ им. М.В. Ломоносова, СПбПУ, СПбГУ, НИТУ «МИСиС», НИУ ВШЭ, МФТИ, УрФУ и Университет ИТМО. В настоящее время можно получить доступ к 703 курсам по различным направлениям подготовки. Он-лайн занятия проводились на различных платформах , таких как Microsoft Teams, Google Classroom и т.д. [13, 14]. А вот для школ переход на дистанционное образование оказался гораздо более болезненным. С трудностями организации работы в удаленном режиме столкнулись все участники образовательного процесса. Особая нагрузка в этот период легла на учителей, которые были вынуждены за короткий период перенести привычные им уроки в онлайн-среду практически с нуля. Возникли различного рода проблемы, в том числе связанные с отсутствием у детей и учителей компьютеров или смартфонов с выходом в интернет. В то же время не все учителя оказались готовы выработать новые модели коммуникации с учениками и проведения уроков через различные средства для дистанционной работы, зачастую обучение сводилось к отправки заданий через электронную почту. На помощь школьному образованию поспешили такие независимые платформы как Учи.ру, Российская электронная школа, InternetUrok, Яндекс.Учебник, ЯКласс, предоставившие бесплатный доступ к своим курсам, а также возможности обучения не только для учеников, но и учителей. Если весной 2020 года трудно найти примеры централизованных решений для школьного обучения, то уже к осени и новому учебному году появляются достойный альтернативы очному обучению. Так смешанный формат обучения (по факту являющийся дистанционным) в школах Санкт-Петербурга состоит из трех основных частей. Первая — портал дистанционного образования Петербурга, архив образовательных продуктов. Вторая — мини-уроки, которые создаются в соответствии с программой вместе с Академией педагогического образования. Третья — «продленка на удаленке». Это практически самостоятельный проект тьюторского сопровождения: от физкультминуток для начальной школы до взаимодействия в онлайне с наставниками (их роль выполняют больше тысячи студентов), с которыми можно дополнительно разобрать тему, посоветоваться по домашним заданиям. Основным отличием данного проекта является то, что все школьники, выбирающий такой формат учатся по единой программе и на одном портале [27].

Распространение коронавирусной инфекции стало вызовом и для системы здравоохранения по всему миру. Некоторые авторы считают наиболее важными в период пандемии технологии, поддерживающие телездравоохранение и телеконференции [15]. Врачи столкнулись с беспрецедентной нагрузкой, и цифровые решения, способные ее облегчить, стали актуальны как никогда. У пациентов новый коронавирус вызывает риск осложнений в виде тяжелых форм пневмонии, многих переводят в отделения реанимации и интенсивной терапии. Новые цифровые технологии способны значительно расширить возможности мониторинга пациентов в критическом состоянии. Так программа-анализатор изображений также измеряет температуру тела и сердечные ритмы пациентов с расстояния нескольких метров, а искусственный интеллект может использовать собранные данные, чтобы прогнозировать изменения в состоянии человека намного раньше, чем это сделает медсестра. Если в момент ухудшения врач будет находиться достаточно далеко, включится система удаленного мониторинга — план лечения может быть назначен дистанционно. Цифровая реанимация это не единственная телемедицинская технология, важная для борьбы с коронавирусом, специалисты в области радиологии также сталкиваются с повышенной нагрузкой. Когда главный очаг эпидемии находился в Ухане, в местных больницах использовали умное решение, распознающее признаки пневмонии, вызванной COVID-19, на КТ-снимках легких. Программа, созданная с использованием искусственного интеллекта, помогала проводить скрининг пациентов и ставить в приоритет непосредственный осмотр тех, у кого присутствуют тревожные симптомы. Телерадиология помогает минимизировать контакты между врачами. Например, в Сахалинской области внедрена и активно используется платформа, которая аккумулирует и обрабатывает медицинские изображения, полученные в отделениях лучевой диагностики по всему региону. Было создано единое хранилище с возможностью доступа ко всем результатам рентгенологических исследований. Во время эпидемии такая система позволяет врачам обращаться за удаленными консультациями от коллег из центра компетенции, контактируя с ними лишь дистанционно, получить «второе мнение» [10]. В большинстве регионов Российской Федерации телемедицинские услуги можно получить как на платной основе, так и по полису обязательного медицинского страхования в поликлинических отделениях по месту жительства. Правда зачастую, речь идёт о вторичных приёмах или плановых, если доктор знаком с хроническим заболеванием пациента.

Торговля расширила онлайн сектор, «выжившие» предприятия общественного питания углубили связи с доставкой, переживавшей небывалый расцвет. COVID-19 трансформировал онлайн-продажи из категории дополнительных преимуществ в разряд абсолютной необходимости для бизнесов по всему миру. В период пандемии большинство российских торговых и продовольственных сетей перешли на формат интренет-продаж. Сфера общественного питания оказалась в самом уязвимом положение, такие платформы как Яндекс. Еда, Delivery Club стали для ресторанов и кафе единственной возможностью остаться на плаву. Delivery Club это крупнейший цифровой сервис доставки еды в России, объединил более чем 20000 ресторанов в 38 городах. Онлайн-продажи всегда должны поддерживаться надежной системой логистики. При этом курьерская доставка не является безопасной с точки зрения угрозы передачи вируса. Поэтому многие компании, осуществляющие доставку запустили бесконтактные сервисы, в рамках которых передача заказа осуществляется не из рук в руки, а в конкретной локации, без непосредственного контакта между людьми. Но возможна и доставка при помощи роботов. Так Яндекс анонсировал своего робота-доставщика Яндекс.Ровер еще в конце 2019 года. Он имеет традиционную для таких роботов компоновку: три пары колес и люк для товаров сверху. Изначально компания использовала робота для своих нужд, перевозя им документы между офисами, но в период пандемии он развозить продукты из Яндекс.Лавки в Москве.

Религиозные организации были одними из тех, для кого выбор существовать в интернете или не существовать вовсе был не легок. Тем не менее большинству организаций пришлось использовать возможности видеотрансляций богослужений и онлайн сбора пожертвований. Однако для ряда наиболее ортодоксальных представителей ограничения и запреты на посещение религиозных обрядов воспринимался как предательство веры. Наиболее ярко в медиапространстве России это проявилась, когда низвергнутый за подобные проповеди схиигумен не подчинился церковному начальству и «захватил» монастырь. Официальные представители православной Церкви решились высказать озабоченность только к концу 2020 год, утверждая, что некоторые технологии стали применяться слишком быстро и без обсуждений, что ущемляет права тех, кто не желает пользоваться ими [5]. Среди наиболее сопротивляющихся короновирусным ограничениям религиозным общин выделяются ультраортодоксальные религиозные общины, практикующие массовые молитвы, праздники и похороны. Например, в феврале 2021 году в Израиле на фоне локдауна на похороны раввина пришло около 10 тысяч человек, установленные полицией заграждения рушились, иудеи сопротивлялись правоохранителям [27].

Несмотря на многочисленные сбои технического характера из-за многократно возросшей нагрузки, в целом ИКТ выдержали испытание. Тем не менее когда 14 декабря 2020 примерно на час перестали работать сервисы Google, многие люди и фирмы по всему миру почувствовали собственную уязвимость, причем проблема коснулась не только многочисленных прямых пользователей сервисов, но и сторонних компаний, использующих сервисы от Google (например авторизацию пользователей или карты). Более того владельцы Google Home потеряли контроль над собственным домом.

Однако наибольшую уязвимость в ситуации пандемии (помимо самой болезни и принципиально непереводимых онлайн секторов экономики) продемонстрировала психика людей. Помимо объективных проблем и физиологических факторов сама по себе физическая изолированность стала фактором повышенного стресса. Нервные расстройства коснулись как переболевших COVID19 [11], так и не болевших [2]. Тревожность к концу 2020 года в России достигла 62% [17]. Люди оказались неспособными на данном этапе полноценно и безболезненно включиться в цифровую систему, однако получили опыт осуществления большинства социальных активностей с помощью ИКТ. Итальянский философ Сержио Бенвенуто предлагает использовать термин «домашняя» (“hearhted” или “homeized”) жизнь для описания нового способа существования, который вскоре станет повсеместным, когда можно работать, учиться, развлекаться и получать продукты, не покидая дома [20]. Цифровизация изменит даже формат романтических знакомств и отношений [21]. Массимо де Кэролис утверждает, что технология, воспроизводящая общество, может полностью устранить человеческую социальность, не заплатив слишком высокую цену [22]. Столь радикальная цифровизация близко подходят к реализации мечты А. А. Богданова 1904 года о «собирании» человека, реализуемом в сфере техники и знания [3]. Г.Г. Малинецкий утверждает, что мир сейчас находится в точке бифуркации [11], то есть неустойчивого равновесия, предшествующего новому состоянию системы.

3. Наибольший интерес представляет использование технологий для профилактики и контроля. В пандемию потенциальная возможность отслеживания перемещения людей, как агрегировано, так и индивидуально получила практическую реализацию.

Если информирование и цифровизация шли во всех странах более или менее параллельно, и основные различия связаны с уровнем развития технологий, что соответственно влияло на то, насколько общество быстро адаптировалось к новой ситуации, то существовало множество стратегий реализации возможности контроля за перемещением для предотвращения распространения инфекции.

Две крайние позиции здесь могут быть представлены с одной стороны централизованной восточной стратегией отслеживания и западных мобильных приложений. В Китае, где существует цифровая многофакторная система социального рейтинга [4], возможность перемещения определялась одним из цветов светофора на приложении в смартфоне, как результат анализа с помощью искусственного интеллекта многофакторной модели, включающей перемещение, контакты и местоположение. В Израиле была использована существующая с 2002 года для борьбы с терроризмом система непрерывного траления всех данных сотовых телефонов со всех мобильных устройства в стране для отслеживания местоположения зараженных, выявления цепочки заражения и уведомления граждан, которые были в непосредственной близости к заболевшему [26].

Многие европейские и американское приложения информируют людей, если они оказывались на расстоянии ближе, чем два метра от человека, который впоследствии указал, что заболел коронавирусом и рекомендует сдать анализ и остаться на карантине. Приложение генерирует и периодически меняет идентификационный номер, присваиваемый телефону, поэтому самого владельца смартфона вычислить невозможно. Впрочем многообразие и рассогласованность данных приложений в Европе, а также невысокий уровень использования не позволил сделать приложения эффективным инструментом. Разработанное по такому же принципу индийское приложение, дополнительно требует заполнения информации о себе и ответов на вопросы с целью определения инфицированности, хотя и загружалось добровольно, но в случае подозрения на заражением Covid19 передавало информацию на национальный сервер для оценки и распространения [25]. А австралийская версия в случае диагностирования Covid19 спрашивает согласие на передачу данные о недавних контактах в систему здравоохранения.

В Москве была реализована интересная система контроля для тех, кто подлежал карантину, которая не только подразумевала отслеживание перемещений, но и подтверждение наличия владельца рядом с телефоном с помощью периодически требуемых селфи. В период самоизоляции перемещение по городу было возможно поcле присвоения QR кода и загрузки информации о целях поездки, также цифровой пропуск привязывался к проездному документу.

Существует вариант отслеживания заболеваемости с помощью краудсорсинговый мониторинга заболеваемости (также известный как «коллективный эпидемиологический надзор»), осуществляющий сбор и распространения информации о состоянии здоровья людей в разных географически точках непосредственно от пользователей (онлайн-системы получения и распространения информации с использованием приложений для смартфонов и фитнес-браслетов) либо с помощью мониторинга социальных сетей [16].

Израиль, имеющий беспрецедентное лидерство в противовирусной вакцинации жителей, ввел цифровые «зеленые паспорта» для вакцинированных (реализованные в виде специального приложения или штрих-кода для отказывающихся от использования смартфонов), который с февраля 2021 года дает возможность посещать спортивные и тренажерные залы, бассейны, гостиницы, учреждения культуры и т.п. [31].

Появлялись и оригинальные цифровые решения для самоконтроля или напротив, избегания контроля. Например, появилось приложение, созданное, чтобы владелец не подносил руки к лицу, а также помогающее избежать штрафов за нарушение самоизоляции, предлагая маршрут, избегающие «запрещенные» места (парки, скверы, детские и спортивные площадки).

В начале пандемии усиление централизованного контроля передвижения и здоровья вызвало настороженную реакцию, так итальянский философ Джорджо Агамбен писал, что, если терроризм исчерпал себя как повод для исключительных мер, изобретение эпидемии стало идеальным предлогом для расширения правительственного регулирования без каких-либо ограничений: «мы фактически живем в обществе, которое принесло свободу в жертву так называемым «соображениям безопасности» и, как следствие, обрекло себя на жизнь в постоянном состоянии страха и незащищенности» [20]. Массимо де Кэролис утверждает, что разрыв социальных связей, одиночество и полицейский контроль не просто печальная данность современности, а закономерных итог столетней тенденции [23].

Таким образом эффект пандемии на цифровизацию общества огромен. С точки зрения общества произошел колоссальный скачок в принятии и использовании информационных технологий. Постоянное присутствие в сети стало абсолютной психологической и во многих случаях объективной необходимостью. Поток, транслируемый посредством информационно-коммуникационных технологий, связал людей в единое возбужденное информационное пространство. Выяснилось, что информационно-коммуникативные технологии способны объединить людей в единую систему информационного обмена, экономического и социального взаимодействия.

Выявленные взаимосвязанные факторы демонстрируют, каким образом в обществе физические связи подменяются цифровыми, и какие возможны варианты развития цифровизации общества. Колоссальные возможности сбора и использования информации о человеке посредством информационно-коммуникативных технологий в ходе пандемии реализовались очень ограниченно. Тем не менее обозначились возможности тотального или выборочного централизованного контроля, или саморегуляции с помощью информирования только затронутых сторон.

Некоторые исследователи говорят о становлении биоинформационной парадигмы, сближающей биологическое и цифровое, уже не только как цифровизация биологического, но и биологизацию цифрового [32], акцентируя внимание прежде всего циркуляции «хороших» и «плохих» идей, однако сама концепция шире и может отражать собой технологически опосредованное сосуществование постоянно включенных в информационный обмен индивидов.

Библиография
1.
Архипова А.С., Радченко Д.А., Козлова И.В., Пейгин Б.С., Гаврилова, М. В., Петров Н.В. Пути российской инфодемии: от WhatsApp до Следственного комитета // Мониторинг общественного мнения: экономические и социальные перемены. 2020. (6). С. 231—265. https://doi.org/10.14515/monitoring.2020.6.1778
2.
Биолог спрогнозировала рост числа психических заболеваний в России // РИА Новости. 13.02.2021. [Электронный ресурс] URL:https://ria.ru/20210213/psikhika-1597299329.html?in=t (дата обращения: 11.02.2021).
3.
Богданов А.А. Собирание человека // Вопросы социализма. М.: Политиздат, 1990.
4.
Быльева Д.С., Нам Т.А. Тенденции в государственном нормировании интернет-пространства // Социальная стратификация в цифровую эпоху: к 130-летию со дня рождения Питирима Сорокина: XIII Международная научная конференция «Сорокинские чтения – 2019». Москва: МАКС Пресс, 2019. С. 1338–1341.
5.
В РПЦ призвали защитить христиан от новых технологий // [Электронный ресурс] Новости Mail. 24.11.2020. URL:https://news.mail.ru/society/44281423/?frommail=1 (дата обращения: 11.02.2021).
6.
Евсеев, В.В., Волкова Л.М. Физическая культура: сетевые технологии образовательной деятельности // Коммуникативные стратегии информационного общества. Санкт-Петербург: Изд-во Политехн. ун-та, 2018. С. 394–398.
7.
Евсеева Л.И., Матвеевская А.С., Тараканова Т.С. Политическая коммуникация в условиях цифровизации // Коммуникативные Стратегии Информационного Общества. Труды XI Международной научно-теоретической конференции. Санкт-Петербург: Изд-во Политехн. ун-та, 2019. С. 195–197.
8.
Евсеева Л.И., Тимофеева Е.П., Шипунова О.Д. Сетевая политическая коммуникация в модернизации публичной сферы // Технологии PR и рекламы в современном обществе. Санкт-Петербург: ПОЛИТЕХ-ПРЕСС, 2020. С. 151–156.
9.
Закутина Е. (Не)доверие к официальной информации о коронавирусе // коронаФОМ [Электронный ресурс]. URL: https://covid19.fom.ru/post/nedoverie-k-oficialnoj-informacii-o-koronaviruse (дата обращения: 10.02.2021).
10.
Лисогор Д. Телемедицина против COVID-19: жизненно важные технологии во время пандемии // Хайтек. 12.05.2020 [Электронный ресурс]. URL:https://hightech-fm.turbopages.org/hightech.fm/s/2020/05/12/telemedicine-covid19 (дата обращения: 11.02.2021).
11.
Малинецкий Г.Г. Риски, эпидемии и образ будущего // Человек. 2020. № 4(31). С. 57. DOI:10.31857/S023620070010931-1.
12.
Одинокая М.А. Особенности и следствия использования открытых образовательных ресурсов и электронных курсов в российских вузах // Перспективные направления развития отечественных информационных технологий. Севастополь: Изд-во Севастопольского государственного университета, 2019. С. 408–410.
13.
Открытое образование [Электронный ресурс]. URL: https://openedu.ru/ (дата обращения: 15.01.2021).
14.
Родители школьников Питера решают сами — дистант или очное обучение. Первые итоги эксперимента [Электронный ресурс]. URL: https://mel.fm/shkola/5801642-petersburg_education_system (дата обращения: 11.02.2021).
15.
Саркенов М. Б. Влияние развития пандемии COVID-19 на IT-технологии в мире // StudNet. 2020. № 4 (3). C. 180–184.
16.
Семутенко К. М., Шаршакова Т. М. Преимущества и недостатки применения технологий электронного здравоохранения в период борьбы с пандемией COVID-19 // Проблемы здоровья и экологии. 2020. № 64 (2). C. 103–106.
17.
Уровень тревоги в российском обществе достиг максимума с весны 2020 года // Актуальные комментарии. 20.11.2020. [Электронный ресурс]. URL:https://actualcomment.ru/uroven-trevogi-v-rossiyskom-obshchestva-dostig-maksimuma-s-vesny-2020-goda-2011201148.html (дата обращения: 18.02.2021)
18.
Чеклецов В. В. Социальная оценка вызовов цифровой реальности и моделирования развития киберфизических систем в контексте пандемии COVID-19 // Философские проблемы информационных технологий и киберпространства. 2020. № 17(1). С. 4–15.
19.
на Госуслугах: новые пользователи, выплаты и вывозные рейсы [Электронный ресурс]. URL: https://www.gosuslugi.ru/help/news/2020_12_30_results_of_the_year (дата обращения: 18.02.2021).
20.
Benvenuto M., Foucault G., Agamben S. Coronavirus and philosophers // The European Journal of Psychoanalysis. 2020. [Electronic resource]. URL:https://www.journal-psychoanalysis.eu/coronavirus-psychoanalysis-and-philosophy-conversations-on-pandemics-politics-and-society/ (date of access: 01.02.2021).
21.
Benvenuto S. Hestiation. Our life after coronavirus // Coronavirus, Psychoanalysis, and Philosophy: Conversations on Pandemics, Politics, and Society. New York: Routledge, 2021.
22.
Carolis M. De. The threat of contagion // Coronavirus, Psychoanalysis, and Philosophy: Conversations on Pandemics, Politics, and Society. New York: Routledge, 2021.
23.
Coeckelbergh M. The Postdigital in Pandemic Times: a Comment on the Covid-19 Crisis and its Political Epistemologies // Postdigital Science and Education. 2020. DOI:10.1007/s42438-020-00119-2.
24.
Coeckelbergh M. When Machines Talk: A Brief Analysis of Some Relations between Technology and Language // Technology and Language. 2020. № 1 (1). C. 28–33. https://doi.org/10.48417/technolang.2020.01.05
25.
Das S. Surveillance In The Time Of Covid-19: The Case Of The Indian Contact Tracing App Aarogya Setu // COVID-19 from the Margins. Pandemic Invisibilities, Policies and Resistance in the Datafied Society. Tuijtel: Hardinxveld-Giessendam, 2020. P. 57–60.
26.
Gekker A., Ben-David A. Data Cudgel or How to Generate Corona-Compliance in Israel // COVID-19 from the Margins. Pandemic Invisibilities, Policies and Resistance in the Datafied Society2020. С. 149–152.
27.
Kingsley P. How Many Funerals Will Come Out of This One? // The New York Time. 17.02.2021. [Electronic resource]. URL:https://www.nytimes.com/interactive/2021/02/17/world/middleeast/israel-orthodox-jews-haredim.html
28.
Peters M. A., Jandrić P., McLaren P. Viral modernity? epidemics, infodemics, and the ‘bioinformational’ paradigm // Educational Philosophy and Theory. 2020. C. 1–23. https://doi.org/10.1007/s42438-020-00117-4
29.
Ren S.-Y., Gao R.-D., Chen Y.-L. Fear can be more harmful than the severe acute respiratory syndrome coronavirus 2 in controlling the corona virus disease 2019 epidemic // World Journal of Clinical Cases. 2020. № 4(8). С. 652–657. DOI:10.12998/wjcc.v8.i4.652.
30.
Ronchi R. The virtues of the virus // Coronavirus, Psychoanalysis, and Philosophy: Conversations on Pandemics, Politics, and Society. New York: Routledge, 2021.
31.
Staff T. How Israel plans to operate a COVID ‘green pass,’ and prevent forgeries // The Times of Israel. 16.02.2021. [Electronic resource] URL: https://www.timesofisrael.com/how-israel-plans-to-operate-a-covid-green-pass-and-prevent-forgeries
32.
Wijeratne T., Crewther S. Post-COVID 19 Neurological Syndrome (PCNS); a novel syndrome with challenges for the global neurology community // Journal of the Neurological Sciences. 2020. (419). C. 117-179. Doi:10.1016/j.jns.2020.11717
References
1.
Arkhipova A.S., Radchenko D.A., Kozlova I.V., Peigin B.S., Gavrilova, M. V., Petrov N.V. Puti rossiiskoi infodemii: ot WhatsApp do Sledstvennogo komiteta // Monitoring obshchestvennogo mneniya: ekonomicheskie i sotsial'nye peremeny. 2020. (6). S. 231—265. https://doi.org/10.14515/monitoring.2020.6.1778
2.
Biolog sprognozirovala rost chisla psikhicheskikh zabolevanii v Rossii // RIA Novosti. 13.02.2021. [Elektronnyi resurs] URL:https://ria.ru/20210213/psikhika-1597299329.html?in=t (data obrashcheniya: 11.02.2021).
3.
Bogdanov A.A. Sobiranie cheloveka // Voprosy sotsializma. M.: Politizdat, 1990.
4.
Byl'eva D.S., Nam T.A. Tendentsii v gosudarstvennom normirovanii internet-prostranstva // Sotsial'naya stratifikatsiya v tsifrovuyu epokhu: k 130-letiyu so dnya rozhdeniya Pitirima Sorokina: XIII Mezhdunarodnaya nauchnaya konferentsiya «Sorokinskie chteniya – 2019». Moskva: MAKS Press, 2019. S. 1338–1341.
5.
V RPTs prizvali zashchitit' khristian ot novykh tekhnologii // [Elektronnyi resurs] Novosti Mail. 24.11.2020. URL:https://news.mail.ru/society/44281423/?frommail=1 (data obrashcheniya: 11.02.2021).
6.
Evseev, V.V., Volkova L.M. Fizicheskaya kul'tura: setevye tekhnologii obrazovatel'noi deyatel'nosti // Kommunikativnye strategii informatsionnogo obshchestva. Sankt-Peterburg: Izd-vo Politekhn. un-ta, 2018. S. 394–398.
7.
Evseeva L.I., Matveevskaya A.S., Tarakanova T.S. Politicheskaya kommunikatsiya v usloviyakh tsifrovizatsii // Kommunikativnye Strategii Informatsionnogo Obshchestva. Trudy XI Mezhdunarodnoi nauchno-teoreticheskoi konferentsii. Sankt-Peterburg: Izd-vo Politekhn. un-ta, 2019. S. 195–197.
8.
Evseeva L.I., Timofeeva E.P., Shipunova O.D. Setevaya politicheskaya kommunikatsiya v modernizatsii publichnoi sfery // Tekhnologii PR i reklamy v sovremennom obshchestve. Sankt-Peterburg: POLITEKh-PRESS, 2020. S. 151–156.
9.
Zakutina E. (Ne)doverie k ofitsial'noi informatsii o koronaviruse // koronaFOM [Elektronnyi resurs]. URL: https://covid19.fom.ru/post/nedoverie-k-oficialnoj-informacii-o-koronaviruse (data obrashcheniya: 10.02.2021).
10.
Lisogor D. Telemeditsina protiv COVID-19: zhiznenno vazhnye tekhnologii vo vremya pandemii // Khaitek. 12.05.2020 [Elektronnyi resurs]. URL:https://hightech-fm.turbopages.org/hightech.fm/s/2020/05/12/telemedicine-covid19 (data obrashcheniya: 11.02.2021).
11.
Malinetskii G.G. Riski, epidemii i obraz budushchego // Chelovek. 2020. № 4(31). S. 57. DOI:10.31857/S023620070010931-1.
12.
Odinokaya M.A. Osobennosti i sledstviya ispol'zovaniya otkrytykh obrazovatel'nykh resursov i elektronnykh kursov v rossiiskikh vuzakh // Perspektivnye napravleniya razvitiya otechestvennykh informatsionnykh tekhnologii. Sevastopol': Izd-vo Sevastopol'skogo gosudarstvennogo universiteta, 2019. S. 408–410.
13.
Otkrytoe obrazovanie [Elektronnyi resurs]. URL: https://openedu.ru/ (data obrashcheniya: 15.01.2021).
14.
Roditeli shkol'nikov Pitera reshayut sami — distant ili ochnoe obuchenie. Pervye itogi eksperimenta [Elektronnyi resurs]. URL: https://mel.fm/shkola/5801642-petersburg_education_system (data obrashcheniya: 11.02.2021).
15.
Sarkenov M. B. Vliyanie razvitiya pandemii COVID-19 na IT-tekhnologii v mire // StudNet. 2020. № 4 (3). C. 180–184.
16.
Semutenko K. M., Sharshakova T. M. Preimushchestva i nedostatki primeneniya tekhnologii elektronnogo zdravookhraneniya v period bor'by s pandemiei COVID-19 // Problemy zdorov'ya i ekologii. 2020. № 64 (2). C. 103–106.
17.
Uroven' trevogi v rossiiskom obshchestve dostig maksimuma s vesny 2020 goda // Aktual'nye kommentarii. 20.11.2020. [Elektronnyi resurs]. URL:https://actualcomment.ru/uroven-trevogi-v-rossiyskom-obshchestva-dostig-maksimuma-s-vesny-2020-goda-2011201148.html (data obrashcheniya: 18.02.2021)
18.
Chekletsov V. V. Sotsial'naya otsenka vyzovov tsifrovoi real'nosti i modelirovaniya razvitiya kiberfizicheskikh sistem v kontekste pandemii COVID-19 // Filosofskie problemy informatsionnykh tekhnologii i kiberprostranstva. 2020. № 17(1). S. 4–15.
19.
na Gosuslugakh: novye pol'zovateli, vyplaty i vyvoznye reisy [Elektronnyi resurs]. URL: https://www.gosuslugi.ru/help/news/2020_12_30_results_of_the_year (data obrashcheniya: 18.02.2021).
20.
Benvenuto M., Foucault G., Agamben S. Coronavirus and philosophers // The European Journal of Psychoanalysis. 2020. [Electronic resource]. URL:https://www.journal-psychoanalysis.eu/coronavirus-psychoanalysis-and-philosophy-conversations-on-pandemics-politics-and-society/ (date of access: 01.02.2021).
21.
Benvenuto S. Hestiation. Our life after coronavirus // Coronavirus, Psychoanalysis, and Philosophy: Conversations on Pandemics, Politics, and Society. New York: Routledge, 2021.
22.
Carolis M. De. The threat of contagion // Coronavirus, Psychoanalysis, and Philosophy: Conversations on Pandemics, Politics, and Society. New York: Routledge, 2021.
23.
Coeckelbergh M. The Postdigital in Pandemic Times: a Comment on the Covid-19 Crisis and its Political Epistemologies // Postdigital Science and Education. 2020. DOI:10.1007/s42438-020-00119-2.
24.
Coeckelbergh M. When Machines Talk: A Brief Analysis of Some Relations between Technology and Language // Technology and Language. 2020. № 1 (1). C. 28–33. https://doi.org/10.48417/technolang.2020.01.05
25.
Das S. Surveillance In The Time Of Covid-19: The Case Of The Indian Contact Tracing App Aarogya Setu // COVID-19 from the Margins. Pandemic Invisibilities, Policies and Resistance in the Datafied Society. Tuijtel: Hardinxveld-Giessendam, 2020. P. 57–60.
26.
Gekker A., Ben-David A. Data Cudgel or How to Generate Corona-Compliance in Israel // COVID-19 from the Margins. Pandemic Invisibilities, Policies and Resistance in the Datafied Society2020. S. 149–152.
27.
Kingsley P. How Many Funerals Will Come Out of This One? // The New York Time. 17.02.2021. [Electronic resource]. URL:https://www.nytimes.com/interactive/2021/02/17/world/middleeast/israel-orthodox-jews-haredim.html
28.
Peters M. A., Jandrić P., McLaren P. Viral modernity? epidemics, infodemics, and the ‘bioinformational’ paradigm // Educational Philosophy and Theory. 2020. C. 1–23. https://doi.org/10.1007/s42438-020-00117-4
29.
Ren S.-Y., Gao R.-D., Chen Y.-L. Fear can be more harmful than the severe acute respiratory syndrome coronavirus 2 in controlling the corona virus disease 2019 epidemic // World Journal of Clinical Cases. 2020. № 4(8). S. 652–657. DOI:10.12998/wjcc.v8.i4.652.
30.
Ronchi R. The virtues of the virus // Coronavirus, Psychoanalysis, and Philosophy: Conversations on Pandemics, Politics, and Society. New York: Routledge, 2021.
31.
Staff T. How Israel plans to operate a COVID ‘green pass,’ and prevent forgeries // The Times of Israel. 16.02.2021. [Electronic resource] URL: https://www.timesofisrael.com/how-israel-plans-to-operate-a-covid-green-pass-and-prevent-forgeries
32.
Wijeratne T., Crewther S. Post-COVID 19 Neurological Syndrome (PCNS); a novel syndrome with challenges for the global neurology community // Journal of the Neurological Sciences. 2020. (419). C. 117-179. Doi:10.1016/j.jns.2020.11717

Результаты процедуры рецензирования статьи

В связи с политикой двойного слепого рецензирования личность рецензента не раскрывается.
Со списком рецензентов издательства можно ознакомиться здесь.

Предметом исследования статьи «Образ цифрового будущего общества через призму пандемии» выступает ситуация, сложившаяся в обществе после начала пандемии Covid19. Автор уделяет внимание как общемировым тенденциям, так и процессам, происходящим в России.
Методология исследования. Основным методом, используемым в статье, является систематизация информации, дающей представление об изменениях, произошедших в различных сферах жизни общества за последний год. Принцип классификации и обобщения позволяет автору наметить основные направления этих изменений, обнаружить главные тенденции трансформаций.
Актуальность статьи обусловлена ее тематикой, связанной с осмыслением процессов, происходящих в настоящем. С одной стороны, как верно заметил автор, сегодня нет ни одного человека, которого не коснулась бы пандемия – люди болели сами, пережевали болезнь и смерть близких, были вынуждены менять режим работы, отказываться от привычного социального общения и т.д., что делает освещение проблемы, вызванных пандемией изменений в жизни общества, интересной для широких кругов читателей. С другой стороны – накоплен уже некоторый опыт философского обобщения, интерпретации сложившейся ситуации, который должен быть продолжен.
Научная новизна. Автор ставит своей целью обнаружить связь между пандемией, которую можно рассмотреть, как «естественный эксперимент» и интенсификацией процесса цифровизации различных сфер функционирования социума. Это безусловно продуктивный подход, имеющий инновационный потенциал.
Стиль, структура, содержание. Стиль статьи может быть охарактеризован как научный, в пользу чего говорит структурированная подача информации, аргументированность тезисов, в тоже время, узкоспециализированная терминология в статье отсутствует, что делает ее доступной не только для специалистов-философов, но и более широкой аудитории. Структура статьи представлена кратким введением, основной частью и выводами. В основной части статьи автор последовательно обращается к трем темам, раскрывающим роли информационно-коммуникативных технологий в период пандемии Covid19 – это информирование, цифровизация деятельности и контроль. Информирование автор рассматривает как с позиции предоставления оперативной информации о распространении Covid19, способах борьбы, правительственных мерах, направленных на сдерживание эпидемии, так и в аспекте борьбы с функционирование недостоверной информации. Автор уделяет особое внимание различным аспектам цифровизации, таким как быстрое развитие уже имеющихся информационных платформ, например, портала Госуслуг, переход вузов и школ на дистанционные формы работы, цифровизацию в сфере здравоохранения, онлайн-торговля, онлайн функционирование религиозных институтов. Использование технологий для профилактики и контроля проявилось в возможности отслеживания перемещения людей, как агрегировано, так и индивидуально.
Библиография. Статья имеет обширную библиографию, представленную как отечественными и зарубежными работами, посвященными теоретическому осмыслению проблемы, так и работами, содержащими данные о фактической стороне исследуемого процесса.
Апелляция к оппонентам. Автор активно использует исследования других ученых, связанные с изучением влияния пандемии Covid19 на социальные процессы. Он поводит параллели с выводами таких мыслителей как австрийский философ техники Марк Кекельберг, итальянские философы Сержио Бенвенуто и Джорджо Агамбен, Массимо де Кэролис.
Выводы, интерес читательской аудитории. В заключении работы автор делает выводы о значительном влиянии пандемии на цифровизацию общества, о позитивном сдвиге в восприятии обществом информационных технологий. Это стало возможно благодаря вынужденному увлечению степени вовлеченности граждан в сеть Интернет и возможность информационно-коммуникативных технологий объединять людей в единую систему информационного обмена, экономического и социального взаимодействия. Статья будет интересна широкому кругу читателей.
Ссылка на эту статью

Просто выделите и скопируйте ссылку на эту статью в буфер обмена. Вы можете также попробовать найти похожие статьи


Другие сайты издательства:
Официальный сайт издательства NotaBene / Aurora Group s.r.o.
Сайт исторического журнала "History Illustrated"