Статья 'Этническое и диаспоральное самосознание корейской диаспоры современного Казахстана через призму социокультурных процессов' - журнал 'Человек и культура' - NotaBene.ru
по
Меню журнала
> Архив номеров > Рубрики > О журнале > Авторы > О журнале > Требования к статьям > Редакционный совет > Редакция > Порядок рецензирования статей > Политика издания > Ретракция статей > Этические принципы > Политика открытого доступа > Оплата за публикации в открытом доступе > Online First Pre-Publication > Политика авторских прав и лицензий > Политика цифрового хранения публикации > Политика идентификации статей > Политика проверки на плагиат
Журналы индексируются
Реквизиты журнала

Публикация за 72 часа - теперь это реальность!
При необходимости издательство предоставляет авторам услугу сверхсрочной полноценной публикации. Уже через 72 часа статья появляется в числе опубликованных на сайте издательства с DOI и номерами страниц.
По первому требованию предоставляем все подтверждающие публикацию документы!
ГЛАВНАЯ > Вернуться к содержанию
Человек и культура
Правильная ссылка на статью:

Этническое и диаспоральное самосознание корейской диаспоры современного Казахстана через призму социокультурных процессов

Маркова Василиса Николаевна

аспирант, кафедра Истории стран ближнего зарубежья, Московский Государственный университет

119192, Россия, г. Москва, ул. Ломоносовский пр-Т, 27, оф. 4

Markova Vasilisa Nikolaevna

Postgraduate student, the department of History of the Former Soviet Union Countries, M. V. Lomonosov Moscow State University

119192, Russia, g. Moscow, ul. Lomonosovskii pr-T, 27, of. 4

vasilmarkova1993@gmail.com
Другие публикации этого автора
 

 

DOI:

10.25136/2409-8744.2020.6.34715

Дата направления статьи в редакцию:

23-12-2020


Дата публикации:

30-12-2020


Аннотация: Данная статья сфокусирована на феномене корейской диаспоры в Казахстане ¬– уникальном явлении диаспорологии. Имея расово-антропологическую однородность с жителями Корейского полуострова, корейцы Казахстана утратили многие признаки этничности: родной язык, антропонимику, родственные контакты на исторической Родине. Несмотря на это, представители корейского этноса идентифицируют себя как часть древней корейской культуры, чтят исконные традиции и указывают «кореец» в графе «национальность» при переписи населения.Важную роль в трансляции культуры и духовных ценностей диаспоры играют общественные организации. Ассамблея народа Казахстана, Ассоциация корейцев Казахстана, Государственный республиканский академический корейский театр музыкальной комедии, Корейский дом выступают якорями, которые поддерживают диаспору и способствуют сохранению исторической общности и самосознания. Методологической основой исследования стали: историографический анализ работ ученых-корееведов по истории корейской диаспоры Средней Азии, мониторинг законодательной базы Казахстана и новостной повестки, интервьюирование отдельных представителей диаспоры. Проведенное исследование доказывает, что диаспоральность является более витальной формой сохранения этнокультурной идентичности, нежели этническая атрибуция по лингвистическому или антропологическому принципу. За вековой период проживания вдалеке от своей исторической родины, представители коре сарам по-прежнему считают себя корейцами. Они прошли основные этапы ассимиляции, интегрировались в систему общественных отношений и считают себя казахами корейского происхождения. До тех пор, пока исследуемая этнокультурная общность будет ощущать свою особенность, отличность от других народов Казахстана, будет живо диаспоральное самосознание и, как следствие, сама корейская диаспора и ее институты.


Ключевые слова: корейцы Казахстана, корейская диаспора, коре сарам, диаспора, этничность, национальная политика Казахстана, традиции корейцев, культура корейцев, народы казахстана, Средняя Азия

Abstract: This article focuses on the phenomenon of Korean diaspora in Kazakhstan – a unique phenomenon in the diaspora studies. Having a racial-anthropological homogeneity with the inhabitants of Korean Peninsula, the Koreans of Kazakhstan have lost multiple ethnic traits: native language, anthroponymy, blood relationships on their historical homeland. Despite this fact, the representatives of Korean ethnos identify themselves as part of the ancient Korean culture, honor their native traditions, and state their nationality as “Korean” in the population census. An important role in conveyance of culture and spiritual values of the diaspora is played by public organizations. The Assembly of the People of Kazakhstan, Association of the Koreans of Kazakhstan, State Republican Academic Korean Theater of Musical Comedy, and Korean House are the anchors that support the diaspora and contribute to preservation of historical belonging and self-consciousness. Methodological framework is comprised of historiographical analysis of the works of Korean studies scholars dedicated to the history of Korean diaspora in Central Asia, monitoring of the legislative framework of Kazakhstan and news agenda, interviews of individual representatives of the diaspora. The conducted research proves that diasporality is a more vital form of preservation of ethnocultural identity than the ethnic attribution by linguistic or anthropological principle. Living far from their historical homeland for centuries, the representatives of Koryo-Saram continue identifying themselves as Koreans. They have gone through the key stages of assimilation, integrated into the system of social relations, and consider themselves Kazakhs of Korean descent. As long as the indicated ethnocultural group acknowledges its uniqueness and difference from other ethnic groups of Kazakhstan, the diasporic self-consciousness, Korean diaspora and its institutions would exists.



Keywords:

korean traditions, Kazakhstan national policy, ethnicity, diaspora, koryo saram, the Korean diaspora, the Koreans of Kazakhstan, korean culture, peoples of Kazakhstan, The Middle Asia

Корейская диаспора Казахстана или корё сарам на протяжении всего периода проживания на территории Республики проходила через сложные процессы сохранения, формирования и воспроизводства своей культурной идентичности. Условия появления корейского населения в Средней Азии, род их деятельности, а также исторический контекст оказали огромное влияние на культурные характеристики этого национального меньшинства.

В связи с актуализацией вопросов национальной политики и культуры в общественном дискурсе постсоветских государств, а также подъемом этнического самосознания, возрос исследовательский интерес к корейской диаспоре, в частности.

Диаспоризация корейцев в определенные исторические периоды имела разный характер и интенсивность. Вместе с массовым переселением дальневосточных корейцев в Казахстан в Сталинские годы наблюдалось подавление этнического самосознания ввиду национальной политики СССР, а также неблагонадежной репутацией нацменьшинств [15]. Вплоть до Перестройки этнокультурная культивация стагнировала, ведь приоритетным было построение единой советской нации. Большую роль в сохранении субэтноса в советский период сыграла внутренняя инерция, скреплявшая членов диаспоры по расово-антропологическому принципу и наличию общей исторической судьбы. С приходом в бывшие союзные республики суверенитета произошел настоящий ренессанс национальных культур, попытка «вернуться к корням». Этот этап весьма плодотворный с точки зрения интенсификации социокультурных процессов. Так с 1990 г. стали активно создаваться корейские общественные организации, культурные центры, проводиться общественно-политические мероприятия. К настоящему моменту, после смены нескольких поколений корейцев в Республике Казахстан наступил период активной трансформации этнического самосознания. Обнаружилось большее разделение дефиниций этноса и диаспоры.

Объектом исследования в данной статье является корейская диаспора Казахстана, а предметом – социокультурные тренды в ее среде с начала 1990-х годов по настоящее время.

При рассмотрении корё сарам на первый план выходят маркеры этничности: язык, обычаи, религия. Генезис, взаимодействие с другими этносами и степень культурного воспроизводства будут отражать степень развитости диаспорального самосознания.

За последние три десятилетия внутри корё сарам наблюдаются неоднозначные тренды. Самый показательный – отношение к корейскому языку среди представителей диаспоры. Несмотря на то, что данный язык де-юре является «родным» для представителей корейской этнической группы, его функциональные возможности ограничены. Нельзя не признать за диаспоральными организациями попытки популяризации корейского языка: выпуск еженедельной газеты «Корё Ильбо», постановки в корейском театре музыкальной драмы, короткие телевизионные передачи. Объективные показатели, все же, свидетельсввуют о недостаточности предпринимаемых мер.

Ниже представлены результаты переписи населения Республики в 1999 г., где продемонстрирована динамика изменения языковой компетентности корейцев Республики Казахстан [6].

Языки

1999 г. (чел.)

1999 г. (%)

1989г. (чел)

1989г. (%)

Русский

97394

97,7

98131

97,4

Корейский

25709

25,8

53420

53,0

Казахский (хорошо владеют)

28693

28,8

1157

1,2

Казахский (плохо владеют)

19850

19,9

Всего населения

99665

97,7

98131

97,4

По данным статистики за 2014/15 учебный год, корейский язык в школах в качестве программной или опциональной дисциплины изучался всего лишь 228 учениками корейской национальности [1]. Данная цифра крайне мала и не идет в сравнение с превышающим в десятки раз показателем числа изучавших дунганский, турецкий или уйгурский языки.

Изучение корейского языка в ВУЗах сегодня более востребовано, чем в школах. Все больше студентов замотивированы в освоении языка исторической родины, о чем говорили в интервью [12].

Язык бытовой коммуникации корейской диаспоры Казахстана находится в центре исследовательского интереса. За полтора века проживания за пределами своей родины корё сарам культивировала собственный языковой код – «койне» («коре мар»). Данное лингвистическое варьирование сформировалось на базе наречий Северохамгенской области Кореи: юкчин (северный говор) и менчхон-кильчу (южный говор) [9]. Отличительной чертой коре мар является присутствие серьезного пласта архаизмов, давно ушедших из коммуникативного обихода жителей Корейского полуострова, и неологизмов, включающих элементы русской и казахской лексики [13, с.56].

Критически осмысляя потенциал коре мар, можно сделать вывод о невеликих возможностях его развития. Сегодня за ним остается роль языка «домашней коммуникации». Корё мар не имеет письменного статуса и зачастую уступает русскому или казахскому языкам. С приезжающими из Южной Кореи гостями казахстанские корейцы используют английский язык с включением отдельных, общеизвестных корейских лексических единиц. Таким образом, миноритарный язык койне не является для казахстанских корейцев основным маркером их диаспорности.

Г. Ким, признавая наличие проблем в языковой среде корейцев постсоветского пространства, подчеркивает, что язык не выступает системообразующим фактором для поддержания диаспорного самосознания. Гораздо важнее понимание своей исключительной исторической судьбы, самоидентификация и регулярное обращение к исконным традициям [7, с.52].

Самые главные обычаи корейцев связаны с жизненными вехами человека и наделяют события особым сакральным смыслом: первый год от рождения ребенка, свадьба и шестидесятилетие. Внутри диаспоры их принято называть «три стола». Наличие в интернете огромного количества предложений по организации традиционных корейских праздников в главных городах компактного проживания диаспоры (Алматы, Тараз, Кызылорда) ярко демонстрирует устойчивое стремление корейцев к поддержанию обрядов.

Празник «асянди» – первый день рождения ребенка – открывает цикл традиционных церемоний. В фотоархивах пользователей социальных сетей ВКонтакте и Facebook можно найти фотографии корейских семей, на которых годовалый ребенок в национальном костюме – ханбоке – совершает сакральный «выбор пути»: из предложенных предметов берет один, символизирующий будущее предназначение. В асянди заключена культурная преемственность и инициация нового корейца ­– носителя традиций, члена диаспоры. Поэтому «первый стол» так важен для поддержания этнического самосознания.

Второе знаковое событие, или «второй стол» корейцы соотносят со свадьбой. Принципиальным условием для вступления в брак для корейцев Казахстана является их принадлежность к разным семейным кланам – поям (бонам). Если жених и невеста происходят из разных бонов, то формальных препятствий для заключения их брачного союза не существует. Спецификой родовых отношений корейцев является сохранение женщиной принадлежности к отцовскому роду даже после вступления в брак. У корейцев Казахстана до недавних пор это было выражено в том, что жены никогда не принимали фамилию мужа, оставаясь со своей девичьей фамилией [6].

Изучением свадебной процессии занимался В.С. Цой, подробно описавший ее в своей диссертации «Современная культура и быт корейцев Казахстана [16]. Он отмечает, что ортодоксальное понимание корейцами института брака изменилось. Например, на сегодняшний день все более распространен феномен смешанных союзов, участились разводы и повторные вступления в брак. Традиционные процедуры по подбору супругов, их подготовки к семейной жизни, отвечавшие укладам корейских семей, сегодня обладают исключительно церемониальным характером. C каждым десятилетием данные тенденции лишь углубляются, что оценивается современными учеными-корееведами как фактор положительной динамики интеграции диаспоры в общенациональную политику Республики Казахстан [5, 10].

Заветы предков по проведению свадебного торжества в современном сообществе корейцев Казахстана очень часто нарушаются. Корейский национальный свадебный обряд исторически считается сложным, многоступенчатым, символичным. Сравнивая исконные предписания с современной действительностью, отраженной в фотоархивах социальных сетей, казахстанские корейцы крайне редко соблюдают традиционную атрибутику. Невесты так же, как и женихи, намного чаще предпочитают европейский свадебный костюм национальному ханбоку.

«Третий стол» – «хвангаб» – это большое семейное торжество, которое дети традиционно устраивают в честь 60-летнего юбилея каждого из родителей. Церемониал, в целом, не отличается от общепринятого застолья по случаю Дня рождения, однако предполагает определенную очередность в рассадке гостей и поздравлениях юбиляров.

Традиции диаспоры необходимо рассматривать наряду с религией, так как оба феномена отражают духовную сферу и в классическом понимании диаспоры детерминируют культуру этнической группы. В случае казахстанских корейцев, религиозный аспект – сравнительно молодое явление. Актуализация вопросов вероисповедания произошла только в период Перестройки.

Современные поколения корейцев Казахстана утратили непосредственную связь с историко-культурным прошлым своих предков, с их традиционными верованиями: буддизмом, шаманизмом и конфуцианством. Пребывая на Дальнем Востоке России, корейцы отчасти приобщались к христианству. В советский период корейцы, как и все жители СССР, придерживались атеистического мировоззрения. Религиозное возрождение во всех странах СНГ, обозначившееся в конце 80-х гг. и проходившее одновременно с возрождением этнического самосознания, привнесло в духовную сферу диаспоры новые, популярные веяния.

Религиозной основой становилось христианство различного толка, особенно пресветерианство и его деноминации: свидетели Иеговы, адвентисты седьмого дня, баптисты. Южнокорейская религиозная миссия церкви Сун Бок Ым имеет в Казахстане не только многочиисленные приходы, но и собственный теологический центр Елим, готовящий новых проповедников.

В случае казахстанских корейцев аспект вероисповедания никак не соотносится с этничностью и в целом слабо отражается на диаспоральных характеристиках.

Уделив внимание языку и духовной жизни, следует рассмотреть факторы, отвечающие за генезис и внутреннюю динамику корё сарам.

Корейская диаспора Казахстана – это детище депортационной политики СССР. В конце 1937 года после принятия Решения Политбюро ЦК ВКП(б) № 51/734 порядка двухсот тысяч корейских переселенцев прибыли в среднеазиатские степи [14]. Депортация и общий контекст советской внутренней политики в первые десятиления XX века не могли не отразиться на социокультурных характеристиках корейцев СССР. Испытав тяготы переселения, эпидемий и бедности, оказавшись еще дальше от Родины, корейский народ проявил трудолюбие, высокую способность к адаптации в новых условиях, культурную и социальную консолидацию внутри собственной этнической группы. Как отмечают современные исследователи, корейская диаспора является моделью нового типа этнокультурной общности, успешно освоившейся в многонациональном государстве [11, c.215].

Сфера семейно-родовых отношений, как важная составляющая этногенеза испытывает серьезные трансформации в настоящее время. За последние десятилетия резко возрос удельный вес межнациональных браков среди корейцев Казахстана. Если в 30-40-е гг. они носили эпизодический характер, то в 80-00-х годах межнациональные браки для корейцев стали обычным явлением. По архивным данным ЗАГСа г. Алматы в 90-х годах доля межнациональных браков среди корейцев составила около 40%. По оценке профессора Германа Кима брачные союзы, заключенные между корейцами и другими этносами стали «фирменным знаком» корейской диаспоры [17].

Дети, рожденные в межэтнических браках – «тягубя», относят себя больше к корейцам (вероятно, в силу характерной внешности) и воспринимают традиции, свойственные корейцам Казхастана. Опираясь на портфолио праздничных агентств, часто можно увидеть женщину славянской внешности с мужчиной-корейцем и их ребенком в национальных корейских костюмах.

В 70-е гг. ХХ века многие новорожденные корейцы были названы русскими именами. Это происходило из-за динамичной интеграции корейцев в советское русскоязычное общество, роста образовательного ценза и деловой компетенции, а также изначальными трудностями с унификацией написания многосоставных корейских имен. О.М. Ким, посвятившая исследование антропонимии советских корейцев, отметила, что большинство современных корейских имен имеют трехчленную «русскую» структуру и состоят из имени, фамилия, отчества [8, c. 59]. Зачастую, при возникновении трудностей в образовании отчества от корейского имени, за основу бралось произвольное русское имя. По аналогии с отчеством происходило прибавление к корейской фамилии русского суффикса, упрощающего процесс воспроизведения фамилии. Наиболее часто прибавлялся суффикс –гай, что дало начало корейским династиям с фамилиями Цхай, Багай, Пягай. Сегодня далеко не все русскоязычные корейцы, особенно в молодом поколении, знают как пишется собственная фамилия по-корейски.

Интервьюирование представителей разных по возрасту корейцев на предмет их национальной идентификации выявили любопытную тенденцию. Почти все единогласно относят себя к казахстанской нации, одновременно признавая этническую принадлежность к древнему корейскому народу [12, 18].

Трансляторами культурных ценностей диаспоры являются общественные организации: Ассоциация корейцев Казахстана, общественный фонд «Корейский дом», республиканская газета «Корё ильбо», Государственный республиканский академический корейский театр музыкальной комедии, а также различные образовательные и просветительские центры [3]. На их платформе происходит трансляция диаспорной идеи и популяризация корейской культуры, устанавливаются мосты с исторической родиной через совместные мероприятия в различных сферах общественно-политической жизни. В важные дни годового календарного цикла – восточный Новый Год, праздник осени, праздник весны – площадка Корейского дома в Алма-Аты собирает на свои торжества всех желающих. Через такие инструменты как ансамбль народного танца «Мисон», музыкальные коллективы прививается любовь и чувство единения с далекой, но родной землей ­– Корейским полуостровом. Нельзя не упомянуть главный государственный орган, занимающийся вопросами национальной политики Республики – Ассамблею народа Казахстана. Данная организация широко поддерживает развитие гуманитарных инициатив всех национальных групп в стране [2].

Феномен корё сарам Казахстана заложен в триаде факторов. Во-первых, это общая историческая судьба и расово-антропологическая общность. Происхождение от древней культуры корё прочно закрепилось в генетической памяти субэтноса. Во-вторых, общеказахстанское национальное самосознание, при котором корейцы ощущают себя органической частью населения, наравне с другими народами Республики. И в-третьих, это русскоязычная коммуникативная компонента. На данный момент почти никто из корейцев не говорит ни по-казахски, ни по-корейски.

Вместе с этим этничность корейцев размывается с каждым поколением, поскольку: а) отсутствуют должные языковые компетенции; б) большой процент межнациональных браков существенно разбавляет концентрацию чистокровных корейцев.

Диаспорная идея в сознании корейцев Казахстана примордиальна по сравнению с этнической. Она скрепляет их в единую общность и выражается в разделении одинаковой исторической судьбы и соблюдении главных корейских традиций.

История проживания корё сарам на териитории Средней Азии, а также постепенная переориентация на новую – общеказахстанскую систему ценностей, – говорит о высоком качестве интеграции корейцев в казахстанское общество. Молодое поколение считает себя казахами корейского происхождения, что доказывает успешность национальной политики Республики Казахстан.

Библиография
1.
Агенство по статистике Республики Казахстан. Официальный сайт. URL: http://www.stat.gov.kz (Дата обращения: 01.11.2011).
2.
Выступление на III сессии Ассамблеи народов Казахстана. Тезисы. 29 апреля 1996 г. // Цхай Ю. А. и др... Ассоциация корейцев Казахстана. – 163 с.
3.
Газета «Корё Ильбо». Официальный сайт: URL: http://koreilbo.com/index.php/news-social-ru/857-korejtsy-nezavisimogo-kazakhstana-4 (дата обращения: 26.11.2020).
4.
Джарылгасинова Р.Ш. Антропонимические процессы у корейцев Средней Азии и Казахстана. Личные имена в прошлом, настоящем и будущем. М., 1970. – 393 с.
5.
Ем Н.Б. К проблеме национально-смешанных браков (по результатам актовых записей горархива ЗАГС г. Алматы ). – Известия корееведения Казахстана.-№2, 1997.
6.
Итоги переписи населения 1999 г. в Республике Казахстан. Том 1. Национальный состав населения Республики Казахстан. Алма-Ата, 2000. Том П. Население Республики Казахстан по национальностям и владению языками. Алма-Ата, 2000. – 65 с.
7.
Ким Г. Диаспоральное самосознание и диаспроальный язык. Алма-Аты, 2013 – 17 с.
8.
Ким О.М. К изучению антропонимии корейцев СССР//Ономастика Востока. – М.: «Наука» ГРВЛ, 1980. – 62 с.
9.
Ли Г.Н. Обычаи и обряды корейцев СНГ и России//Энциклопедия корейцев России. М. 2003. – 586 с.
10.
Мен Д.В. Современные отношения казахстанских корейцев//Корееведение в Центральной Азии: наука и образование. Вып.1 – Алматы: КазУМОиМЯ им. Абылай хана. – Казахстан, 2015 – 248 с.
11.
Нацуко Ока. Корейцы в современном Казахстане: стратегия выживания в роли этнического меньшинства. // Новые тенденции социокультурных изменений в российском и корейском обществах. Спб., 2015. – 215с.
12.
О том, ка сейчас живут и чем занимаются корейцы в Казахстане; URL: https://weproject.media/articles/detail/o-tom-kak-seychas-zhivut-i-chem-zanimayutsya-koreytsy-v-kazakhstane/ (Дата обращения: 11.11.2020).
13.
Пак Н.С. Корейский язык в Казахстане. Проблемы и перспективы. М., 2005. – 186 c.
14.
РГАСПИ. Фонд 17, on. 98, д. 6060, 6061, 6062, 6063, 6064, 6066, 6067, 6068, 6069, 6070, 6071, 6072, 6073, 6074, 6075, 6076, 6077, 6078, 6079, 6080, 6081, 6082.
15.
Хан В.С., Сим Хон Ёнг. Корейцы Центральной Азии: прошлое и настоящее. М. 2014. – 395 c.
16.
Цой В. С. Современная культура и быт корейцев Казахстана: Автореферат дисс. … канд. исторических наук. – Л., 1985. – 30 с.
17.
Сentral Asia Monitor. Общественно-политическая газета. URL: https://camonitor.kz/15060-kak-koreycam-zhivetsya-v-kazahstane.html (дата обращения 19. 09. 2020).
18.
Vласть. Аналитический интернет-портал. URL: https://vlast.kz/memory/16781-deportacia-korejcev-lidia-chaj.html (дата обращения: 17.11.2020).
References (transliterated)
1.
Agenstvo po statistike Respubliki Kazakhstan. Ofitsial'nyi sait. URL: http://www.stat.gov.kz (Data obrashcheniya: 01.11.2011).
2.
Vystuplenie na III sessii Assamblei narodov Kazakhstana. Tezisy. 29 aprelya 1996 g. // Tskhai Yu. A. i dr... Assotsiatsiya koreitsev Kazakhstana. – 163 s.
3.
Gazeta «Kore Il'bo». Ofitsial'nyi sait: URL: http://koreilbo.com/index.php/news-social-ru/857-korejtsy-nezavisimogo-kazakhstana-4 (data obrashcheniya: 26.11.2020).
4.
Dzharylgasinova R.Sh. Antroponimicheskie protsessy u koreitsev Srednei Azii i Kazakhstana. Lichnye imena v proshlom, nastoyashchem i budushchem. M., 1970. – 393 s.
5.
Em N.B. K probleme natsional'no-smeshannykh brakov (po rezul'tatam aktovykh zapisei gorarkhiva ZAGS g. Almaty ). – Izvestiya koreevedeniya Kazakhstana.-№2, 1997.
6.
Itogi perepisi naseleniya 1999 g. v Respublike Kazakhstan. Tom 1. Natsional'nyi sostav naseleniya Respubliki Kazakhstan. Alma-Ata, 2000. Tom P. Naselenie Respubliki Kazakhstan po natsional'nostyam i vladeniyu yazykami. Alma-Ata, 2000. – 65 s.
7.
Kim G. Diasporal'noe samosoznanie i diasproal'nyi yazyk. Alma-Aty, 2013 – 17 s.
8.
Kim O.M. K izucheniyu antroponimii koreitsev SSSR//Onomastika Vostoka. – M.: «Nauka» GRVL, 1980. – 62 s.
9.
Li G.N. Obychai i obryady koreitsev SNG i Rossii//Entsiklopediya koreitsev Rossii. M. 2003. – 586 s.
10.
Men D.V. Sovremennye otnosheniya kazakhstanskikh koreitsev//Koreevedenie v Tsentral'noi Azii: nauka i obrazovanie. Vyp.1 – Almaty: KazUMOiMYa im. Abylai khana. – Kazakhstan, 2015 – 248 s.
11.
Natsuko Oka. Koreitsy v sovremennom Kazakhstane: strategiya vyzhivaniya v roli etnicheskogo men'shinstva. // Novye tendentsii sotsiokul'turnykh izmenenii v rossiiskom i koreiskom obshchestvakh. Spb., 2015. – 215s.
12.
O tom, ka seichas zhivut i chem zanimayutsya koreitsy v Kazakhstane; URL: https://weproject.media/articles/detail/o-tom-kak-seychas-zhivut-i-chem-zanimayutsya-koreytsy-v-kazakhstane/ (Data obrashcheniya: 11.11.2020).
13.
Pak N.S. Koreiskii yazyk v Kazakhstane. Problemy i perspektivy. M., 2005. – 186 c.
14.
RGASPI. Fond 17, on. 98, d. 6060, 6061, 6062, 6063, 6064, 6066, 6067, 6068, 6069, 6070, 6071, 6072, 6073, 6074, 6075, 6076, 6077, 6078, 6079, 6080, 6081, 6082.
15.
Khan V.S., Sim Khon Eng. Koreitsy Tsentral'noi Azii: proshloe i nastoyashchee. M. 2014. – 395 c.
16.
Tsoi V. S. Sovremennaya kul'tura i byt koreitsev Kazakhstana: Avtoreferat diss. … kand. istoricheskikh nauk. – L., 1985. – 30 s.
17.
Sentral Asia Monitor. Obshchestvenno-politicheskaya gazeta. URL: https://camonitor.kz/15060-kak-koreycam-zhivetsya-v-kazahstane.html (data obrashcheniya 19. 09. 2020).
18.
Vlast'. Analiticheskii internet-portal. URL: https://vlast.kz/memory/16781-deportacia-korejcev-lidia-chaj.html (data obrashcheniya: 17.11.2020).

Результаты процедуры рецензирования статьи

В связи с политикой двойного слепого рецензирования личность рецензента не раскрывается.
Со списком рецензентов издательства можно ознакомиться здесь.

Во второй половине XVI века Россия из мононационального государства превращается в государство многонациональное, в котором на бескрайних просторах проживают народы, отличающиеся языком, культурой, менталитетом, хозяйственным укладом и конфессиональной принадлежностью. В связи с этим большое внимание в истории нашей страны традиционно уделяется межнациональным отношениям. Заметим, что эпоха Перестройки привела к обострению этнических противоречий, разрушив концепцию единой общности советского народа, при этом на сегодня помимо России одним из самых многонациональных государств на постсоветском пространстве является Казахстан.
Указанные обстоятельства определяют актуальность представленной на рецензирование статьи, предметом которой является корейская диаспора Казахстана. Автор ставит своими задачами показать исторические периоды формирования корейской диаспоры, рассмотреть происходящие в ее среде социокультурные изменения, определить степень интеграции корейцев в казахстанское общество.
Работа основана на принципах объективности, анализа и синтеза, достоверности, методологической базой исследования выступает системный подход, в основе которого находится рассмотрение объекта как целостного комплекса взаимосвязанных элементов.
Научная новизна статьи заключается в самой постановке темы: автор стремится охарактеризовать социокультурные тренды в корейской диаспоре Казахстана с начала 1990-х годов до настоящего времени. Научная новизна определяется также привлечением архивных материалов.
Рассматривая библиографический список статьи, как позитивный момент следует отметить его масштабность и разносторонность: всего список литературы включает в себя свыше 15 различных источников и исследований. Из привлекаемых автором источников отметим материалы периодической печати, статистические данные, документы из фондов РЦХИНДИ. Из используемых исследований укажем на работы Г.Н. Ли, Г. Ким, О.М. Ким и других авторов, в центре внимания которых различные аспекты жизни корейской диаспоры. Заметим, что библиография обладает важность сразу с нескольких точек зрения: с научной и с просветительской, в последнем случае после прочтения текста статьи читатели могут обратиться к другим материалам по ее теме. В целом, на наш взгляд, комплексное использование различных источников и исследований позволило автору в известной мере раскрыть поставленную тему.
Стиль написания статьи можно отнести к научному, вместе с тем доступному для понимания не только специалистам, но и широкой читательской аудитории, всех, кто интересуется как межнациональными отношениями на постсоветском пространстве в целом, так и корейской диаспорой, в частности. Аппеляция к оппонентам представлена на уровне собранной информации, полученной автором в ходе работы над темой статьи.
Структура работы отличается определённой логичностью и последовательностью, в ней можно выделить введение, основную часть, заключение. В начале статьи автор определяет актуальность темы, показывает, что «условия появления корейского населения в Средней Азии, род их деятельности, а также исторический контекст оказали огромное влияние на культурные характеристики этого национального меньшинства». В работе показано, что корейская диаспора предпочитает говорить на русском языке, в ее среде преобладают протестантские учения, а сами корейцы вопреки заветам предков все чаще заключают межнациональные браки. Примечательно, что как отмечает автор, «молодое поколение считает себя казахами корейского происхождения, что доказывает успешность национальной политики Республики Казахстан».
Главным выводом статьи является то, что «история проживания корё сарам на териитории Средней Азии, а также постепенная переориентация на новую – общеказахстанскую систему ценностей, – говорит о высоком качестве интеграции корейцев в казахстанское общество».
Представленная на рецензирование статья посвящена актуальной теме, снабжена таблицей, вызовет читательский интерес, а ее материалы могут быть использованы как в учебных курсах, так и в рамках стратегии формирования национальной политики.
В то же время к статье есть замечания:
1) Библиография должна быть приведена в соответствие с требованиями ГОСТ. Следует указывать общее число страниц, а не отсылочное.
2) Автор пишет, что «в сталинский период этнические меньшинства считались потенциальной угрозой для государственной безопасности СССР». На наш взгляд, это скоропалительное оценочное мнение, в целом, в 1930-е годы формировалась культура и письменность многих малых народов СССР.
3) РЦХИНДИ сегодня реорганизован в Российский государственный архив социально-политической истории. Следует уточнить и ссылку на архивных источник.
4) Говоря о современных социокультурных трансформациях корейской диаспоры, автор обращается к автореферату В.С. Цоя, датируемым 1985 г. Необходимо уточнить, нет ли более свежих публикаций по теме института семьи и брака корейской диаспоры, тем более, что В.С. Цой рассматривает советский период.
После исправления указанных замечаний статья может быть рекомендована для публикации в журнале «Человек и культура».

Результаты процедуры повторного рецензирования статьи

В связи с политикой двойного слепого рецензирования личность рецензента не раскрывается.
Со списком рецензентов издательства можно ознакомиться здесь.

В журнал «Человек и культура» автор представил свою статью «Этническое и диаспоральное самосознание корейской диаспоры современного Казахстана через призму социокультурных процессов», в которой поднимается вопрос об особенностях проживания этнических корейцев в республике Казахстан, проблемах сохранения ими своей культурной идентичности. Автор исходит в изучении данного вопроса из того, что диаспоризация корейцев в определенные исторические периоды имела разный характер и интенсивность. Начиная со времен принудительного переселения корейцев в 30-е годы ХХ века и вплоть до перестройки этнокультурная культивация стагнировала. Большую роль в сохранении субэтноса в советский период сыграла внутренняя инерция, скреплявшая членов диаспоры по расово-антропологическому принципу и наличию общей исторической судьбы. С приобретением бывшими союзными республиками суверенитета начался этап, весьма плодотворный с точки зрения интенсификации социокультурных процессов. В 90-х годах ХХ века стали активно создаваться корейские общественные организации, культурные центры, проводиться общественно-политические мероприятия. К настоящему моменту, после смены нескольких поколений корейцев в республике Казахстан наступил период активной трансформации этнического самосознания. Обнаружилось большее разделение дефиниций этноса и диаспоры.
Возросший интерес к вопросам национальной политики и культуры в общественном дискурсе постсоветских государств, а также подъем этнического самосознания обусловили актуальность данного исследования. О том, что вопросы, поднимаемые в исследовании, представляют не только научный, но и государственный интерес, свидетельствует наличие государственного органа, занимающегося вопросами национальной политики республики Казахстан – Ассамблеи народа Казахстана. Данная организация широко поддерживает развитие гуманитарных инициатив всех национальных групп в стране.
Анализируя избранную тему, автор преследует цель – провести этнологическое исследование корейской диаспоры Казахстана и представить результаты данного исследования в статье. Объектом исследования выступает корейская диаспора Казахстана. Предметом исследования являются социокультурные тренды в ее среде с начала 1990-х годов по настоящее время.
Для сбора данных автором были использованы методы анализа статистических данных и интервью.
Для достижения поставленной в исследовании цели, автором проведен тщательный анализ полученных эмпирических данных по нескольким направлениям, отражающим особенности проживания этнических корейцев в Казахстане, процесс их ассимиляции и проблемы сохранения культурной идентичности. Направления, выделенные автором для исследования диаспорального самосознания: язык, обычаи, религия, этногенез, взаимодействие с другими этносами и степень культурного воспроизводства.
В данной статье приведено детальное описание современных культурных реалий корейской диаспоры, а именно показана ее традиционная структура, описаны основные обычаи и традиции корейского народа, а также история появления и проживания корейцев на территории республики и роли общественных организаций сохранении и трансляции культурных ценностей этноса.
Несомненным достоинством статьи является обзор научных трудов, этнографических исследований, посвященных изучению проблемы сохранения культурной и этнической идентичности. В исследовании приведена полемика исследователей, работавших в данном научном направлении.
Проведя исследование и проанализировав полученные данные, автор приходит к выводу, что феномен корейского этноса Казахстана заложен в интеграции факторов. Во-первых, это общая историческая судьба и расово-антропологическая общность. Происхождение от древней культуры корё прочно закрепилось в генетической памяти субэтноса. Во-вторых, общеказахстанское национальное самосознание, при котором корейцы ощущают себя органической частью населения, наравне с другими народами республики. И в-третьих, это русскоязычная коммуникативная компонента. Современные корейцы, проживающие на территории Казахстана, практически не говорят ни по-казахски, ни по-корейски.
Итак, представляется, что автор в своем материале затронул важные для современного социогуманитарного знания вопросы, избрав для анализа актуальную тему, рассмотрение которой в научно-исследовательском дискурсе помогает некоторым образом изменить сложившиеся подходы или направления анализа проблемы, затрагиваемой в представленной статье.
Полученные в результате исследования факты и сделанные автором выводы позволяют утверждать, что проблематика изучения проживания этнических меньшинств на территории других государств и роли диаспор и других этнических общественных организаций в процессе сохранения своей культурной идентичности представляет несомненный культурологический интерес. Собранный и проанализированный автором материал позволяет констатирует, что подобный опыт может служить основой межкультурного взаимодействия.
Представленный в работе материал имеет четкую, логически выстроенную структуру, способствующую более полноценному усвоению данных. Этому способствует также адекватный выбор соответствующей методологической базы. Библиография позволила автору очертить научный дискурс по рассматриваемой проблематике (было использовано 18 источников). Однако представляется желательным автору дополнить теоретический анализ исследуемой проблемы более современными научными материалами, в том числе и из зарубежных источников. Без сомнения, автор выполнил поставленную цель, получил определенные научные результаты, позволившие обобщить материал. Следует констатировать: статья может представлять интерес для читателей и заслуживает того, чтобы претендовать на опубликование в авторитетном научном издании.
Ссылка на эту статью

Просто выделите и скопируйте ссылку на эту статью в буфер обмена. Вы можете также попробовать найти похожие статьи


Другие сайты издательства:
Официальный сайт издательства NotaBene / Aurora Group s.r.o.
Сайт исторического журнала "History Illustrated"